Смерть особого назначения

Стефан разжал кулак, чуть приподнял ладонь. На ней лежала граната без предохранительного кольца.

– Спасибо, Кирилл, – сказал дрогл, когда Соболевский вышел за порог здания, в котором находился штаб генерал-лейтенанта Кравца. – Ты принял верное решение.

Майор невольно оглянулся, посмотрел на спутника. Уарн очень хорошо говорил на языке людей. Если не знать, что за спиной дрогл, можно было подумать, что фразу произнес кто-то из своих. Обычно с гномиками это происходило по-другому. По крайней мере, все те дроглы, которых встречал Кирилл и которые могли общаться на языке союзников, не умели говорить чисто. В их речи обязательно присутствовал акцент – чужой, нечеловеческий. Соболевский не смог бы объяснить, что именно в говоре представителей другой расы было не так, но мелкие неуловимые детали все же делали речь неправильной, пусть даже гномы произносили слова, знакомые людям с детства.

А вот Уарн говорил почти чисто, спутать с человеком можно было запросто, если б не... если б только звук не доносился откуда-то снизу, не просто из-за спины, а почти от земли. Соболевский оглянулся и увидел то, что должен был увидеть: маленького, по пояс человеку, дрогла, который вышел из здания штаба следом за майором. Уарн стоял, терпеливо ожидая, пока командир «Москита» направится к своему разведкораблю...

Однако добраться до звездолета оказалось не так-то просто, по дороге Соболевского ждало еще одно нелегкое испытание. Погруженный в свои мысли майор вспомнил о Катрин Уилсон только тогда, когда она выступила из-за деревьев. Соболевский замедлил шаги. Увидев Кэт, он подумал, что предпочел бы избегнуть встречи, хотя это выглядело некрасиво.

Он знал, что шансов вернуться из туманности очень мало, понимал, что об этом догадывается и Катрин, но не хотел лишний раз видеть ее слезы перед рейдом, от которого зависела судьба человечества в разворачивающейся войне с беспощадным врагом. «Москит» ждала тяжелая работа, хотелось сконцентрироваться на выполнении поставленной задачи...

– Кирилл! – Уилсон крепко обняла его за шею, прижалась щекой к щеке. – Тебе дали приказ на вылет? Да?!

– Угу! – только и сказал Соболевский, потому что все слова вдруг пропали.

Внутри что-то изменилось, будто любовь Катрин вошла в него, заполнила собой все, и прочее отступило куда-то на второй план, стало не таким важным.

Кирилл покраснел. Ему стало стыдно за свое недавнее малодушие, за собственную жестокость. Уйти в полет и не поговорить с Катрин?! Как он мог подумать о таком?! Ведь это, возможно, их последняя встреча..."

"– Кирюша... Вы туда? – Кэт резко отстранилась, обхватила его лицо ладонями, пристально посмотрела в глаза. – Туда, где Борю?.. Правда?!

Когда она смотрела так, Соболевский не мог обмануть. Майор понял, о чем говорит Катрин.