«Смерть» на языке цветов

Ее бывший муж был вообще не щедр на сантименты.

Лавров понял, что Лиле нужна эмоциональная пауза, а потому преувеличенно деловым голосом заговорил, тыкая длинным пальцем куда-то внутрь букета:

— Вот это лотос, вот это чертополох, вот акация, а эти цветы называются непонятно — птицемлечник арабский. Ну, розу, колокольчики, васильки и ландыши ты, я думаю, сама узнала. Так что ничего сложного, но все вместе удивительно гармонично. Эта Аля Ковалева все-таки чертовски талантливая. Она способна собрать букет, как рассказать историю. Такую, что заслушаешься.

Что-то важное мелькнуло у Лили в мыслях, но тут же ушло. Ее голова была занята запоминанием незнакомых слов. Как он сказал, «птицемлечник арабский». Ей же обязательно нужно будет в Интернете перевести эти названия языка цветов. То, что в подаренном букете было зашифровано послание, красивое, полное надежд любовное послание, она даже не сомневалась и только хотела «прочесть» его побыстрее.

У нее затрезвонил телефон, и она, все еще не в силах расстаться с волшебным букетом, одной рукой, не глядя, нажимала на кнопки. Звонил Ванька Бунин.

— Лиля — сказал он, и голос у него был какой-то странный, сосредоточенный и злой одновременно. — Пришел ответ из Вельска. Лучшая подруга Дины Костровой действительно знает, как звали любовника погибшей. Дина делилась с ней и счастьем, когда влюбилась, и горем, когда рассталась со своим ухажером.

— Ну, не тяни же, — не выдержала Лиля, сердце которой вдруг зашлось в ужасе от того, что любовником Дины может оказаться Лавров. Пожалуй, этого известия она точно не переживет. Ноги у нее стали ватными и непослушными. Сергей вопросительно смотрел на нее, встревоженный паникой, проступившей на ее лице. — Я так понимаю, что раз ты так торжественно начал, значит, я должна его знать.

— Конечно, ты его знаешь, — сообщил Иван, не подозревая о терзавших ее демонах. — Мы все его хорошо знаем. Это Дмитрий Валентинович Ковалев, собственной персоной.

* * *Лавров, чуть нахохлившись, сидел на заднем сиденье служебного «уазика», на котором опергруппа выехала на задержание Дмитрия Ковалева. Он никак не мог поверить, что бессердечный убийца, лишивший жизни шести человек, это тот седовласый импозантный мужчина, которого он впервые увидел на конкурсе красоты для толстушек и которого «пас» на прошлой неделе."

"Немалый опыт оперативной работы (а Лавров знал, что в прошлой своей жизни он был очень неплохим оперативником, отличным даже) свидетельствовал о том, что Ковалев не похож на преступника, не может им быть. Однако обстоятельства говорили о том, что, задумав избавиться от надоевшей ему любовницы, он сочинил красивую, но жестокую историю с цветами, которую воплотил в жизнь. Точнее, воплотил в смерть.