Смерть эксперта-свидетеля

Она тотчас же прошла к столу и посмотрела на два вещдока, на папки, на атрибуты научных исследований. Сказала:

– Вы не раскроете эту папку? Будьте так добры. Дэлглиш просунул руку в перчатке внутрь папки и откинул крышку.

– Он перепроверял результаты исследований Клиффорда Брэдли по делу Паско. Деревянный молоток принадлежит работнику по имени Паско, шестидесяти четырех лет, – он живет здесь, на Болотах, – у которого пропала жена. Он уверяет, что она от него сбежала, но имеются два-три подозрительных обстоятельства. Этот молоток нам прислали из полиции – проверить, не являются ли пятна, на нем обнаруженные, следами человеческой крови. Не являются. Паско говорит, он использовал молоток, чтобы избавить от мучений поранившуюся собаку. Брэдли убедился, что кровь с молотка реагирует на сыворотку со специфическими антителами, и доктор Лорример повторно получил его результат. Так что и в самом деле от этого удара умерла собака.

Скупердяй, со злостью подумал Мэссингем, пулю пожалел и денег на ветеринара жалко стало. И сам поразился, что смерть какой-то неизвестной дворняги могла хоть на миг возмутить его больше, чем смерть Лорримера.

Мисс Истербрук подошла к раскрытой тетради для записей. Мужчины ждали. Нахмурившись, она произнесла:

– Странно. Эдвин всегда помечал время начала и окончания анализа и процедуру, которую при этом использовал. Он поставил свои инициалы под результатами исследований по делу Паско, которые провел Брэдли, но в тетради ничего нет. Хотя вполне очевидно, что он начал работать над делом об убийстве в меловом карьере. Последняя помета – пять сорок пять. А последняя запись не закончена. Кто-то, должно быть, вырвал правую страницу.

– А зачем это могло кому-то понадобиться, как по-вашему?

Она взглянула Дэлглишу прямо в глаза и спокойно ответила:

– Уничтожить свидетельства того, что Лорример делал, либо результаты анализа, или, возможно, указание на время, какое он на это потратил. Первые два предположения вряд ли имеют смысл. Вполне очевидно по аппарату, чем именно он был занят, а любой достаточно компетентный биолог мог бы продублировать его работу. Так что, скорее всего – третье.

Ее умный вид, следовательно, не был обманчив.

– Сколько времени ему понадобилось бы, чтобы проверить результаты по делу Паско? – спросил Дэлглиш.

– Не много. Фактически ведь он начал проверку еще до шести, как мне кажется, уже закончил, когда я уходила в шесть пятнадцать. Уходила я последней. Младшие сотрудники уже ушли. Они обычно не задерживаются на работе после шести. А я обычно задерживаюсь дольше, но мне нужно было переодеться к обеду.

– А его работа по делу о меловом карьере? Сколько времени могла она занять?

– Трудно сказать. Я думаю, он мог проработать до девяти или даже позже.