Смерть эксперта-свидетеля

Она оторвалась от журнала и, сделав над собой усилие, сказала:

– Доктор Лорример считал, что кончится дело тем, что у ведомства будет три огромные лаборатории, работающие на всю страну, а вещдоки будут доставляться самолетами. А еще он говорил, что все научные показания должны согласовываться между обеими сторонами заранее, еще до процесса.

– Это старый спор, – отозвался Миддлмасс. – Полицейские хотят, чтоб у них под рукой была местная – маленькая, миленькая, удобненькая лаборатория. Да и кто бросит в них камень за это? Кроме того, три четверти судмедисследований не требуют всего этого сложного оборудования. Более разумно было бы создать региональные лаборатории с оборудованием на высоком современном уровне, с сетью местных подстанций. Но кто же захочет работать на маленькой подстанции, когда все самое интересное происходит где-то в другом месте?

Мисс Истербрук, по-видимому, закончила редактирование статьи.

– Лорример прекрасно понимал, – сказала она, – что идея лаборатории как научного арбитра не сработает, во всяком случае, пока работает британская обвинительная система. В любом случае научные свидетельские показания должны подвергаться проверке, как и все остальные.

– Но кто будет это делать? – спросил Миддлмасс. – Простые присяжные? Предположим, вы – эксперт по исследованию документов, не работающий в нашем ведомстве. Вас пригласили как эксперта защиты. Вы и я разошлись во мнениях. Как разберутся присяжные – кто из нас прав? Они скорее всего предпочтут поверить вам, потому что вы покрасивее.

– Или скорее всего вам, потому что вы – мужчина.

– Или же кто-то из них – а его голос будет решающим – отвергнет меня, потому что я похож на его дядюшку Бона, а вся семья прекрасно знает, что Бон – завзятый лгун, какого во всем свете не сыскать.

– Ну ладно, ладно. – Копли поднял пухлые руки жестом успокаивающим и благословляющим. – Все это следует принимать также, как демократию. Это не безошибочная система, но ничего лучшего у нас нет.

– И все-таки потрясающе, как хорошо эта система работает, – сказал Миддлмасс. – Посмотришь на присяжных – сидят, все – внимание, вежливые и тихие, как дети, решившие хорошо себя вести: они ведь гости в чужой стране, вот и не хотят свалять дурака или обидеть туземцев. И все-таки часто ли бывает, чтобы они вынесли вердикт, явно порочный по отношению к тому, о чем свидетельствуют улики?

– Другой вопрос, явно ли их вердикт порочен по отношению к истине, – сухо заметила Клэр Истербрук.

– Конечно, не может. Если мозги у нее хоть чуть-чуть работают и если ее защитник проинструктировал ее должным образом, она вытащит платочек и прорыдает: «О да, сэр! Лучшего мужа и желать было нельзя. Господь мне свидетель».