Дрессированная смерть

 – Мустафа осмотрел салон, остановил взгляд на Ларисе и показал на нее пальцем. – А ее оставить.

Лавров, стоя у самолета, хмуро наблюдал, как боевики, даже не удосужившись развернуть аварийный трап, спускали пассажиров прямо из люка за руки. Внизу их едва успевали подхватывать двое десантников. Наконец, когда большая часть заложников оказались на земле, в проеме показался Мустафа и повел стволом автомата в сторону Андрея, махнул рукой.

Подойдя к самолету, Андрей посмотрел на высоко расположенный люк и понял, что самостоятельно ему туда не забраться. Майор махнул рукой десантникам, приглашая помочь. Через секунду он почувствовал, как его подхватили бойцы и приподняли. Сверху Андрею уже протягивали руки двое талибов. Ухватившись за них, он вскарабкался внутрь. Тут же спустили оставшихся заложников.

Вот уже несколько минут Лавров терпеливо дожидался, когда закончится обыск. Для этого ему пришлось снять бушлат, который теперь осматривал один из боевиков, а второй ощупывал брюки прямо на их владельце. Наконец, ничего не найдя, они отошли в сторону, предварительно кивнув главарю.

– Проходи, – произнес Мустафа по-английски и мягко подтолкнул майора. Его ласковый голос не вязался со свирепой рожей.

Войдя в салон, Лавров сразу встретился взглядом с Ларисой. Она стояла между рядами сидений, вытянув шею, пыталась рассмотреть, кого же привели в самолет. В ее глазах мелькнуло узнавание. Глядя на женщину, когда-то бывшую его женой, он ощутил жжение на лице, которое усиливалось с каждым мгновением, вязкий комок подкатил к горлу и мешал дышать. Пересилив себя, несколько раз сглотнул. Ненавистное жжение на лице понемногу отступало. Майор отвел взгляд и почувствовал себя легче, теперь он мог воспринимать действительность без лишних эмоций, которые только вредят делу. Лавров уже полностью взял себя в руки.

«Она такой же заложник, как остальные, – пытался убедить себя Лавров, – все личное – в сторону».

Не выдержав напряжения, Лариса качнулась, ноги ее подкосились. Ухватившись за спинку пассажирского кресла, она опустилась и замерла.

Андрей сперва с досадой выругался про себя, но, как оказалось, этого момента никто из талибов не заметил.

«Ну и слава богу, – подумал он, – еще не хватало, чтобы они узнали о том, что она моя бывшая жена».

В это время Мустафа, повернувшись к Лаврову, пытался ему что-то объяснить. Вслушавшись в неразборчивую речь главаря, майору сперва показалось, что тот говорит или по-пуштунски, или по-таджикски, но потом сообразил, что тот пытается объясняться на плохом английском. Андрей с трудом разбирал его слова, которые талиб подкреплял жестами.

– Когда ты всех соберешь, я сам свяжусь с лагерем, и остальных заложников тоже отпустят. Ваше ближайшее посольство в Душанбе?

– Не знаю.