Белая смерть

Я назвал другое имя и пообещал доставить вас в порт Шакик в Катаре.

— Как вы рассчитывали это провернуть? — поинтересовался Дэйн.

— Собственно, я не думал, что дойдет до этого. Я рассчитывал, что саудовцы вас перехватят либо мне придется все сделать самому. Но с саудовцами ничего не вышло, а мне жутко не повезло — я заболел. Тем не менее, даже больному, мне удалось довольно быстро уговорить капитана Маджида открыть кингстоны кутийи в паре миль от Шакика.

Джабир мрачно улыбнулся.

— Но и тут вмешался какой-то злой рок. По политическим соображениям Хаким вас освободил. Этого никак нельзя было предугадать. Конечно, лучше всего было бы, если б я мог сам с вами разделаться.

— Естественно, так вам было бы удобнее всего, — согласился Дэйн. — Только заболели вы не случайно.

Джабир даже приподнялся на диване.

— Что вы имеете в виду?

— Когда я сообразил, что вы — наемный убийца, я решил позаботиться о вас прежде, чем вы займетесь мной. И я вас отравил.

— Что? Вы отравили меня?

— Боюсь, что так и есть.

— Дэйн, я не могу поверить, что вы на такое способны! Что вы мне подсыпали?

— Перуанский яд под названием «камотилло». Мне не составило труда подмешать его вам в пищу.

— И у вас все время был с собой этот яд?! — недоверчиво спросил Лахт.

— И еще кое-какие мелочи. Никогда не знаешь наверняка, что может пригодиться в работе, — пояснил Дэйн.

Потрясенный Джабир никак не могло конца поверить в то, что его отравили. Он спросил:

— А почему вы не отравили меня насмерть этим своим камотилло, раз уж решили, что я предатель?

— Вы нужны были мне живым, ради моей собственной безопасности, — объяснил Дэйн. — Я должен был сделать дело, за которое взялся, несмотря на то, что Комитет старался мне помешать. Если бы я просто убил вас, Комитет нашел бы какой-нибудь еще способ задержать меня. А так они все еще рассчитывали на вас.

Джабир застонал и отвернулся к стене, Дэйн обратился к Лахту:

— Хотелось бы знать, что вы теперь собираетесь делать?"

"— Ничего не изменилось. Все идет по плану. Мы не станем посылать приказ об отмене восстания, оно состоится, иракские власти его подавят. И все обвинят в этом мистера Дэйна, который не доставил вовремя жизненно важное послание. Да и саму Америку, которая в последнее время не поддерживает наши важнейшие планы, наше сопротивление, нашу борьбу.

— Не забывайте, что я все же доставил послание вовремя! И, собственно. Соединенные Штаты никогда не обещали вам никакой помощи, — заметил Дэйн.

— Мы ни о чем не забыли, — сказал Лахт.