Белая смерть

— Ну, трудно сказать, — ответил Харкнесс. — Смотрите, на дальнем конце стоят бойцы с браслетами. Видимо, кау и фунгор. Совершенно первобытные племена. Они устраивают ужасные представления. Они наносят друг другу такие раны, которые для европейца оказались бы смертельными; но эти люди поразительно живучи. Ага, начался бой на палках!

Стало немного прохладнее. С запада налетел свежий ветер и развеял пыль. Действительно, некоторые из бойцов с палками уже сражались.

— Изумительно, не правда ли? — сказал Харкнесс. — Просто-таки гладиаторские бои.

Европейцы вежливо покивали.

— Теперь стоит посмотреть… — начал было Харкнесс, но его перебил Отт, лицо которого стало совсем желтым:

— По-моему, я заболел.

Отт повернулся, чтобы уйти, и едва не упал, но Эчеверрья успел подхватить родезийца. С помощью Эчеверрьи и Эберхардта Отт кое-как удержался на ногах. Эберхардт потрогал лоб Отта и внимательно посмотрел на его лицо.

— Кажется, это малярия, — сказал немец. — Но я не врач. Ему нужно немедленно показаться врачу.

— Это не похоже на малярию, — дрожащим голосом сказал Отт.

— Я только высказал предположение, — пояснил Эберхардт. — В здешних краях можно подхватить желтуху, дизентерию, сонную болезнь, холеру…

— Ладно, ладно, — прервал его Отт. — Я подцепил какую-то дрянь — это ясно. Потому-то меня ноги и не держат. Вы не поможете мне добраться до врача? Кстати, а в этой дыре вообще есть врач?"

"— В прошлом году, когда я здесь проезжал, был, — ответил Эберхардт. — Он останавливается в доме уполномоченного. Пойдемте, поймаем такси.

Эберхардт и Эчеверрья почти вынесли Отта из толпы. Такси они не нашли, но зато им удалось остановить грузовик «Форд» с водителем-арабом.

Рибейра, Мак-Кью и Харкнесс в нерешительности стояли на краю толпы. Ветер утих, и снова начал накрапывать дождь.

— Надеюсь, с ним все в порядке, — сказал Харкнесс.

— С ним будет все в порядке, если они найдут врача, — отозвался Мак-Кью. — Западному человеку трудно сохранить здоровье в тропическом климате.

— Я живу в этом климате уже пятнадцать лет, — возразил Харкнесс, — и ни разу не страдал ничем серьезнее головной боли.

— Везет, — хмыкнул Мак-Кью. — А я уже со счету сбился, сколько раз подхватывал дизентерию.

— Мне тоже не нравится этот климат, — сказал Рибейра, — и я достаточно мнителен, когда речь заходит о болезнях. Так что пойду-ка я в кофейню и укреплю свой организм порцией спиртного. Кто-нибудь составит мне компанию?

Харкнесс покачал головой, а Мак-Кью сказал:

— В той дряни, которую здесь подают, я бы даже руки не стал мыть.

Рибейра слегка кивнул на прощание и удалился.

Мак-Кью несколько минут смотрел на бойцов с палками, потом сказал:

— Да ну их к черту! Пойду лучше пройдусь. Не хотите?

— Нет, спасибо, — отказался Харкнесс.