Белая смерть

Но едва он направился к двери, как его схватил за руку немецкий археолог:

— Простите, можно вас на минутку?

— Конечно-конечно, — заверил его Прокопулос, пытаясь понять, что могло понадобиться немцу.

Археолога звали Клаус Эберхардт. Росту в нем было больше шести футов, но из-за сутулости ученый казался ниже. Он был в очках в золотой оправе, с прилизанными волосами.

— Я хотел узнать, не известно ли вам что-нибудь о развалинах Добары? — спросил он.

— Боюсь, я первый раз об этом слышу, — признал Прокопулос.

— Они находятся примерно в пяти милях от порта Суакин в Судане.

Прокопулосу случалось бывать в Суакине. Он смутно припомнил, что по дороге на Саллум действительно торчат какие-то каменные колонны. Грек сообщил об этом доктору Эберхардту, и тот радостно закивал:

— Да, конечно! Именно! Это и есть Добара!

— Не знаю, — сказал Прокопулос. — Я думал, что это какой-нибудь аванпост древних египтян.

Услышав это, доктор Эберхардт переменился в лице.

— Простите, это что — общее мнение? Эти колонны — египетского образца?

— Я слыхал, что их так называют, — сказал Прокопулос. — Но помнится, некоторые говорят, что это римские колонны, а не египетские.

— Ясно. А больше вы ничего не слышали?

Прокопулос немного подумал:

— Нет, ничего такого, что я мог бы припомнить.

— Интересно, — протянул доктор Эберхардт и впал в задумчивость. Прокопулос ждал. На его лице играла выжидающая улыбка.

Эберхардт поджал губы и изрек:

— Эти колонны не могут быть ни римскими, ни египетскими.

— Не могут?

— Никоим образом, конечно, в тех местах находили египетские вещи. Видимо, это и привело к недоразумению.

Прокопулос согласно кивнул, пытаясь понять, о чем говорит немец.

— Но часть правды в этом все же есть, — сообщил доктор Эберхардт. — Эти колонны — сабеанские. Судя по их форме и размеру, под песками — почти несомненно — погребен сабеанский город.

— В самом деле? — вежливо переспросил Прокопулос.

— Если там действительно находится город, значит, моя теория верна, — сказал Эберхардт. — И если город будет обнаружен, это станет величайшим открытием в археологии. Исчезнувший город Добара, несомненно, являлся центром сабеанской цивилизации. Именно отсюда самая высокоразвитая культура древней Южной Аравии распространилась на север и на юг вдоль африканского побережья. — Доктор Эберхардт сделал паузу и иронически усмехнулся: — И подумать только, мне придется работать на раскопках Мерое, когда в каких-нибудь четырех сотнях миль отсюда меня может ожидать величайшее открытие века?

— Поразительно! — воскликнул Прокопулос."

"— Вот именно. И как вы думаете, хоть один университет выделил мне грант на изучение Добары? Как бы не так! Они предпочитают Мерое или Зимбабве.