Белая смерть

Что вам угодно?

— Ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов. Вы заявили, что человек предложил вам купить секретные документы. Вы видели эти документы своими глазами?

— Нет, инспектор.

— Вы уверены?

— Еще бы! О таком не забывают.

— Сообщил ли он вам, как достались ему эти бумаги?

— Нет.

— А что-нибудь об их внешнем виде?

Эдельгейт отрицательно помотал головой.

— Не потрудитесь ли еще раз описать внешность посетителя?

Эдельгейт повиновался.

— И вы совершенно уверены, что сумеете его опознать?

— Послушайте, инспектор…

— Бросьте, мистер Эдельгейт. У вас было вполне достаточно времени, чтобы хорошо рассмотреть этого типа!

— Да, я мог бы опознать его.

— Сможете отличить его от других людей, которых вам предъявят в полиции?

— Полагаю, да.

— Превосходно, — пробормотал инспектор Хэдден. — Так мы и думали.

Он подал знак. Молчаливые помощники подошли к Эдельгейту с двух сторон и крепко взяли его под руки.

— Минуточку…

Но инспектор Хэдден больше не слушал. Отвернувшись от Эдельгейта, он осматривал магазинчик. Заметив в дальнем углу недавно распакованный контейнер с мебелью и лежащую на нем веревку, Хэдден взял ее в руки и попробовал на прочность.

— Инспектор, что происходит? Что вы делаете?

Прихватив веревку с собой, Хэдден вернулся на середину торгового зала и, задрав голову, осмотрел потолочные балки и перекладины.

— Сойдет, — заключил он наконец.

Тут Эдельгейт понял, что происходит. И предпринял отчаянную попытку вырваться. Но его крепко держали. Хэдден вытащил на середину зала стол. Поставил на него стул и влез наверх. Затем перекинул веревку через три перекладины и затянул узел.

— Мистер Хэдден, я ошибся, — выдохнул Эдельгейт. — Я не смогу опознать интересующего вас человека.

Хэдден отряхнул руки и принялся мастерить петлю на свободном конце веревки.

— Прекратите! Остановитесь! — завопил Эдельгейт. — Я не сумею его опознать, это невозможно!"

"Державшие его верзилы с таким же успехом могли бы быть и статуями. Их лица не выражали ровным счетом ничего: ни сострадания, ни жестокости. А сильные руки сжимали локти Эдельгейта с каменной неотвратимостью. «Сержанты» стояли неподвижно, широко расставив мощные ноги и вперив глаза в пол. Хэдден закончил с петлей, слез со стола и подошел к Эдельгейту. Легкая грусть появилась на его тонком умном лице.

— Мне очень жаль, — сказал Хэдден. — Но это необходимо. Могу заверить, что страдать вы не будете.

— Вы убьете меня?

— Увы.

Эдельгейт взвизгнул:

— Как вы смеете говорить, что я не буду страдать? Что же, по-вашему, повешенные не страдают? Вы не посмеете, вы обещали не делать мне больно! Хэдден, вы же обещали!

— А вам и не будет больно, — сообщил Хэдден, заходя за спину Эдельгейту.

Эдельгейт скорчился в сдавивших его каменных клешнях.