Мой идеальный Смерч. Часть 2

Видимо, у него руки тоже шебутные были и жили своей жизнью в подростковом возрасте, да и сейчас тоже.

Я сделала страшные глаза:

- Ну, ты понял, он начал конкретно приставать, а моя нежная детская...

- Бурундуковская... - вставил парень.

- ...психика не выдержала этого. Эй! Прекрати уже! Я выйду замуж и поменяю эту идиотскую фамилию на нормальную. Это Федьке всю жизнь мучиться. И Насте теперь.

- Думаешь, он комплектует по поводу фамилии? - засмеялся Смерч.

- Кажется, нет. По-моему, парни просто без ума от своих фамилий, даже если она звучит совсем дерьмово, - мрачно отозвалась я. - Ваши фамилии вам всегда нравятся, и вы даже не думаете о том, чтобы их поменять.

- Маш, да мы вообще не дураки, - отвечал он мне чересчур вежливо, явно взяв на себя обязанность сказать веское слово за всех своих собратьев по несчастью, то есть по полу. - Знаешь, нежность у меня всегда ассоциировалась у меня с глупостью.

- В прямом. Девушки очень нежные, но слегка глуповатые. Спорим, ты в своем лагере продолжала встречаться с пареньком, который тебе не нравился, потому что тебе не хотелось отставать от других девчонок в отряде?

- Какой ты умный. Это естественное желание, между прочим. У мужиков оно тоже встречается, если ты не заметил, - не отставать от других и показывать свою крутость. Что, скажешь, это не так?

- Есть такие, - согласился Дэн. - Значит, он распускал руки и не нравился тебе этим?

- Не совсем. Он не то, чтобы был страшным или противным, просто я понимала, что это - не мое. Не мое и все. И целоваться с ним было как-то не ахти. Или мне просто встречались такие, с которыми целоваться было не очень.

- Я лучше их, правда?

- Неправда. Ну ладно, ладно, не строй такое лицо, ты классный. - Я тряхнула волосами. - Давай, приедем сюда в июле?

- В середине или ближе к концу, - чуть подумав, ответил Дэн. - В начале июля не смогу, Бурундучок, прочти.

- Поедешь куда-то? - спросила я ревниво.

- Да. Улечу в конце июня, у нас билеты на 26-ое, - отозвался задумчиво Смерчинский.

- А у нас сессия только 30-го закончиться, будет последний экзамен. - Вспомнилось мне. - А с кем летишь?

- Один. Может быть, с мамой, - сказал мне Дэн.

- И когда прилетишь обратно?

- Через неделю, точно не знаю. У нас там родственники, и у одного из них намечается юбилей. Но знай уже сейчас, - синие глаза посмотрели на меня внимательно,- я буду скучать.

- Знаю. Везет тебе, увидишь море. - Вздохнула я. Смерча не хотелось куда-то там отпускать уже сейчас.

- Не хочу его видеть. Слушай, я еще раз хочу попросить у тебя прощение, Маша, - сказал Дэн, вмиг посерьезнев, - за то, что сделал.

- А я еще раз скажу тебе, что подумаю над твоим прощением. Хотя, если окунешься в озеро прямо сейчас, я вообще никогда в жизни этого не вспомню, - я все же захотела подколоть Смерчинского, вспомнив вновь его обман.