Служебный роман

Прервать хоть ненадолго это падение в пропасть, ощутить почву под ногами. Таня закрыла глаза, откинулась на диван, стараясь дышать медленно и глубоко. Но желанное успокоение не приходило, вместо этого в душе рождалось понимание, что она в тисках.

Потому что она не сможет сделать то, чего от нее хотят.

И не сделать тоже не сможет.

Выхода нет.

Застыла с этим чувством в оцепенении, не заметила, как рядом с ней снова появился Дементьев. Когда он ее позвал, резко дернулась, открыла глаза.

- Татьяна Аркадьевна, пойдемте. Я все устроил, проверяющих мы пересадили, приемную проветрили. Можете заходить, никто вас там без нужды не побеспокоит.

Она чуть не прослезилась.

- Спасибо, Максим Максимович, мне так неудобно, всех побеспокоила... - пробормотала она, вставая.

- Ну что вы, Танечка, какое беспокойство, - мужчина странно улыбнулся, провожая ее до приемной. - Вы же наш счастливый талисман.

Ага, талисман, с горечью подумала Таня. Засланный вражеский шпион она.

Приемная теперь действительно была пуста, и в воздухе свежо, явно видно, только что проветривали. С трудом доползла до своего стола и уселась, стиснув руки.

- Все в порядке, Татьяна Аркадьевна? - спросил ее Дементьев.

- Да, все в порядке, да, - выдавила ему улыбку. - Все хорошо, спасибо.

И полезла в сумку, якобы лекарство искать. Мужчина ушел, а у нее мысль в голове крутилась: кто этот «свой человек»? Неужели теперь всех подозревать?

Что теперь ей думать? Что этот милый, заботливый дядчечка, может быть, крот? А может, не он, а кто-то из этих милых дедушек и дядечек? А сама она кто? Кем ей теперь себя считать? До слез обидно и страшно было, просто до слез...

Таня застыла, подперев лоб ладонями. Затихла так. Все-таки, когда первое ошеломление улеглось, к ней вернулась способность соображать.

Ее только что шантажировали, взяли на испуг. А она была расстроена, на нервах, оказалась легкой добычей.

Два дня на размышление у нее. Два дня."

"Замечательное решение, размышлять, после того, как все случилось. Но теперь уж что есть. Таня потерла переносицу, провела по лицу ладонью. Если бы так можно было стереть все эмоции!

Довольно трястись, думать надо.

Этот человек, он просто собирался использовать ее в своей игре. Грязно, как расходный материал. Таня еще когда говорила с ним, кожей ощущала это. Ему, им, глубоко безразлично, что с ней будет потом. А ее действия, если она выполнит то, чего от нее хотят, вообще-то, на статью тянут!

И если она сейчас примет условия шантажиста...

Даже если она их примет, и все пройдет четко, они провернут свое дело, Олега Серова свалят, раздербанят фирму, дорвутся, будут жрать, как хотят...

Это не спасет ее ни от гнева Серовых, ни от них самих, ее просто сольют в унитаз.

Можно сказать, ее уже слили. Никого не волнует, как выпутается потом какая-то маленькая секретарша.