Служанка

"

"— Но мы должны остаться и допросить всех слуг, — уперся дознаватель. — Может, у Зорана сообщники были, вот хоть те же лакеи или кухонные девки. Кто-то же отраву в вино добавил? И потом, мы только приехали, еще и не разобрались толком…

— Не трудитесь, дан Зданич, — оборвал его Штефан. — Думаю, дальше мы и сами справимся.

Не хватало еще терпеть в своем доме имперских ищеек дольше положенного! Знает он, как они работают. Перебаламутят весь Белвиль, поставят все с ног на голову, запугают прислугу, съедят все припасы, и никакой силой их из замка не выставишь. Нет, нужно сразу выпроваживать, пока во вкус не вошли. А со своими он и сам разберется.

Штефан тяжело оперся о стол и снова позволил зверю проявить себя, выглянуть из глаз, расцветить их алым.

— Как скажете, ваше сиятельство, — тут же покорно склонил голову Зданич.

Что ж, дознаватель ему попался опытный. Знает, когда нужно отступить.

— Вас проводят до Старкона, — сказал Штефан и позвал: — Бранко!

— Да, милорд, — в дверь тут же протиснулся Кражич.

Лицо друга было напряженным. Бранко не хуже его знал, что от дознавателей больше вреда, чем пользы, и был настороже. Стоял за дверью, сигнала ждал.

— Вели накормить наших гостей, — велел Штефан. — И выдели им сопровождение до города.

Он хотел быть уверен, что имперцы не останутся поблизости и не будут чинить препятствий с дальнейшим расследованием.

— Хорошо, — кивнул Бранко.

Друг всегда понимал его с полуслова. Чувствовал. И ни разу не ослушался, даже если и не разделял его убеждений.

— Прошу за мной, дан Зданич, — обратился Кражич к дознавателю. — Ваши люди ждут в столовой.

Штефан не сумел скрыть усмешку. Молодец, Бранко! Не позволил гиенам по дому шастать, собрал всех в одном месте, отрезал от остальных обитателей Белвиля.

— Стол уже накрыт, все только вас ожидают, — выпроваживая гостя из кабинета, прогудел Кражич.

— Бранко! — дождавшись, пока узкая, обтянутая черной хламидой спина дознавателя исчезнет за дверью, позвал друга Штефан.

— Да, милорд?

— Вызови ко мне девчонку, что за мной ухаживала.

— Илинку? — в голосе друга послышалось напряжение.

— Именно, — кивнул Штефан.

— Хорошо, — после секундной паузы ответил Кражич и вышел за дверь, а Штефан достал из кармана небрежно скомканный клочок ткани, сев, расправил его на столе и принялся рассматривать искусно вышитый орнамент. Занятная вещица. Стежки все ровные, тонюсенькие, один в другой перетекающие и словно бы переливающиеся теплым светом. Он даже ощутил это тепло. Вроде и не должен бы магию чувствовать, но на миг ему показалось, что на лицо падают солнечные лучи, а в ушах звенят детские голоса и слышится шум прибоя. Значит, все-таки оберег. Правду Зданич сказал, не обманул. Вышитая удача.