Случайный трофей Ренцо (СИ)

Пойдем в дом?

— Пойдем! Ух… — Виола принялась задумчиво водить маленькими ладошками по его лицу, по волосам, словно исследуя, — какой ты… колючий… а волосы у тебя светлые! А мама говорила, что темные!

— Выгорели немного, — тихо сказал Ренцо, и Мэй почудилось что-то странное в его голосе, — раньше темнее были."

"Нянька, застывшая у высоких резных дверей, испуганно прижала руки к груди.

У Виолы тугие каштановые кудряшки, и на Ренцо она не очень-то похожа. Может, на мать?

— А у меня темные, как у дяди Доменико, — весело призналась Виола. — А мама говорит, что у твоего брата, дяди Мариу, такие были, и у бабушки Росы, но я их тоже не видела никогда.

— Да, были, — Ренцо чуть потрепал девочку по волосам, и она засмеялась. — Мама твоя где?

— Мама отдыхает. У нее всегда так много дел! А ты что мне привез?

— Сейчас… — Ренцо перехватил ее одной рукой, а другой полез в карман, достал деревянную лисичку. — Вот, держи. У меня для тебя еще подарки есть, но привезут завтра, вместе с остальными вещами.

— Ух ты, какая! — Виола очень честно обрадовалась, стала разглядывать лисичку со всех сторон. — Как живая! Папа, а это ты сам сделал, да? А я у Кикко видела таких драконов, но он их прячет!

— Ну, Кикко, наверно, уже большой, он не играет с такими игрушками.

— Ренцо!

Дверь приоткрылась и на пороге появилась женщина.

Не радость в ее голосе, а, скорее, такое требовательное приветствие, желание немедленно обратить внимание на себя.

Молодая, красивая… ей, наверно, около тридцати, или чуть меньше, она старше Мэй, конечно, но куда моложе своего мужа. Роскошная. Было в ней что-то по-настоящему женственное, мягкое и одновременно изящное, почти непередаваемое, что Мэй слегка уколола зависть. Королева. И даже волосы, цвета спелой пшеницы, уложены, словно корона, вокруг головы.

Она окинула Ренцо взглядом свысока, неторопливо спустилась по мраморным ступеням.

— Лене… — Ренцо поставил Виолу на землю, шагнул вперед.

— Мы ждали тебя завтра, — сказала женщина. Все еще стояла на две ступеньки выше. — Уже так поздно.

— Ты ждала? — сарказм в его голосе. — Я решил не затягивать, раз ты и так ждала меня слишком долго.

Она улыбнулась, все так же снисходительно, шагнула еще на одну ступеньку к нему, потянулась, поцеловала в щеку.

— Я так рада, дорогой, — в ее голосе едкая насмешка.

— Не так, — он сгреб ее в объятья, прижимая к себе, жадно поцеловал в губы. Только вот радости и нежности в этом не было ни капли. Мэй подумала, что так, наверно, целуют шлюх — по-хозяйски, властно, с одним только желанием получить свое.

Лене не сопротивлялась, но и не пыталась обнять в ответ, с чувством неизбежности.

— Пойдем в дом? — сказала она, когда Ренцо закончил и отпустил ее.

— Сейчас.

Он обернулся, вернулся, подойдя ближе к Мэй.

— Гильем! — велел он.