Случайный трофей Ренцо (СИ)

 Пленница

Мэй проснулась еще до рассвета, но долго лежала, прислушиваясь.

Такая легкость во всем теле, просто удивительно. Она уже и не помнила, когда так было. Ничего не болело.

Только в душе… даже не понять…

Лоренцо сидел за столом, задумчиво писал что-то… или даже, скорее, рисовал, Мэй было не видно.

Он не спал всю ночь?

Мэй старалась лежать тихо, не шевелиться, но он услышал.

— Доброе утро, — сказал он, не поднимая глаз от своих бумаг. — Хорошо, что ты проснулась, я уже собирался тебя будить. Нам скоро в дорогу.

Притворяться бессмысленно. Мэй села, натянув одеяло до самого носа, завернувшись в него. Рубашка снова была на ней, но почему-то именно сейчас, с утра, она чувствовала себя особенно голой и беззащитной. Вчера такие мелочи не волновали ее, вчера ей было слишком плохо.

Голой и грязной.

Брезгливость на лице того врача…

Это всего лишь врач, то, что он делал — его работа. Истерика прошла, и вот так, проснувшись в теплой постели, было немного стыдно. Хотя мысль о том, что кто-то может осматривать ее снова — вызывала дрожь. Но теперь, наверно, уже не будет? Ей нужно немного времени… Да, еще немного, и она поймет, что делать теперь.

Ребра больше не болели и можно спокойно вздохнуть. Мэй осторожно потрогала бок под одеялом.

— Как ты? — спросил Лоренцо.

Обычный вопрос, как «доброе утро», но вдруг пробрало почти до слез. Мэй сжала зубы. Так нельзя, она слишком расслабилась.

— Хорошо, — тихо сказала она.

— Хочешь кофе? — предложил Лоренцо. — Гильем принес мне, но я еще не пил. Хочешь, пока горячий? И булочки… тоже горячие, вкусные. Иди, садись.

Он пододвинул ей второй стул, сам чуть подвинулся к другому краю стола, собрал и сложил стопкой свои бумаги. Поставил ей ближе чашку кофе и булочки.

Запах умопомрачительный, Мэй только сейчас поняла, как сильно хочет есть.

— А ты? — она спросила совсем не потому, что думала о нем, а просто выгадать время…

— Я выпил три чашки за ночь, — сказал он. — Думаю, мне хватит. Иди… Ты любишь кофе? Пила когда-нибудь?

Мэй невольно улыбнулась. Но ведь да, Джийнар не Илой, кофе там редкость…

Мама любила с молоком и корицей, а отец вот так же — черный, и вот так же, когда Мэй заходила к нему по утрам…

Нельзя думать об этом сейчас.

— Иди, попробуй, — позвал Лоренцо, расценив по-своему. — Если тебе не понравится, я попрошу принести чая или молока, как захочешь.

— Я люблю кофе, — сказала она.

— Да? — он, кажется, чуть удивился. — Хорошо. А варить его умеешь?

— Варить? — Мэй растерялась. И Лоренцо весело улыбнулся ей.

Варить кофе она не умела.

— Не волнуйся, я тоже не умею, — сказал Лоренцо. — Но Гильем готовит кофе просто отлично. Попробуй. А потом… тут рядом речка. Обычно, если есть где, я хожу купаться по утрам. Ты не хочешь? Я дам мыло и полотенце.