Жена со скидкой, или Случайный брак

А у меня, между прочим, еще две главы не читаны и встреча с наставником после обеда. Он специально ради этого приедет из гильдии… И вот что я ему скажу?

— Псш-ш-ш

Бух!

Нет, это решительно невозможно. Давно бы ушла в дом, но, как назло, пообещала Мисти, что дождусь ее здесь, в парке.

Я захлопнула учебник по истории магии и возмущенно уставилась на ограду, возле которой вовсю развлекались Брыг с Гхарешем. Тени мое праведное негодование нагло проигнорировали, а, вернее, попросту не заметили. Они были заняты исключительно друг другом и упоенно мерялись...гм... то есть сражались.

И как им не надоест?

Прошло несколько дней после нашей с Алистером встречи в имении Беина и его разговора с Лоттером. Вэйден теперь приезжал в Ростас-холл почти каждый день, иногда на пару минут, чаще — на час-другой. Запирался с Гербертом в его кабинете, что-то обсуждал, а потом сразу же исчезал, чем ужасно расстраивал Нилу.

Экономка продолжала надеяться, что когда-нибудь герцог все-таки задержится на обед и даже на ужин, и это станет началом новых отношений Алистера и Берта. Женщина считала, что хорошая еда способна решить многие проблемы, разве что мертвых оживить не сможет, а примирить старых друзей — запросто.

Снова сблизить двух неразлучных когда-то приятелей было давней, заветной мечтой Нилы.

Впрочем, после того, что она мне рассказала, я прекрасно ее понимала и даже в чем-то поддерживала. Повод для разлада между мужчинами казался, на мой земной взгляд, странным и до обидного нелепым. Правда, меня сразу предупредили, что сообщают лишь официальную версию событий — то, что не является личной тайной и о чем давно шепчутся в светских гостиных.

Наверное, реальная причина выглядела все-таки более серьезной, а так…

Ну, да, ухаживали оба за одной девушкой, а она предпочла Герберта и отказала Алистеру. Бывает. Дело житейское. И даже если Вэйден в пылу страсти позволил себе лишнее и полез целоваться, влепила бы ему пощечину и ушла. Жениху-то зачем докладывать? Разве что из мести, чтобы поссорить друзей и получить хоть какое-то моральное удовлетворение.

Если поведение Кармелы я еще хоть как-то могла объяснить: обида отвергнутой женщины — страшная штука, то Герберта не понимала совсем.

Когда речь заходила о его жене, мой всегда сдержанный, рациональный, по-своему справедливый «шеф» мгновенно менялся. Куда только девались его спокойствие, рассудительность и критичность мышления? Не так уж провинился перед ним Алистер, чтобы, не раздумывая, жертвовать многолетней дружбой. Да и в смерти Кармелы Вэйден уж точно не виноват.