Случайный ребенок от миллиардера

За весь прошедший месяц я видела мужа лишь несколько раз и то, мельком. Он не ночевал дома, полностью переехав в квартиру, которая располагалась в центре города, а самое главное, была близко расположена к его офису. На звонки отвечал, но ответы его были сухими и короткими.

Соколов постоянно твердил, что это временно, что это сложный период для него, и нужно «все вытянуть» и «международный уровень – это то, к чему я всю жизнь шел», а еще «заграничные инвесторы и бизнес-партнеры не будут ждать». И много чего еще в подобном духе.

Как я поняла, у Дмитрия наметились важные проекты, которые могли вывести его на новый уровень в бизнесе.

И не то, что я была против этого, но не бросать же дом и ребенка вот так, совсем!

Саша скучал. Очень сильно. Принимал отсутствие папы на свой счет и не желал слушать, что это просто работа. Я заметила, что он начал часто злиться и замыкаться в себе. Так, еще недавно жизнерадостный ребенок теперь мог часами сидеть молча и ни с кем не разговаривать, ни на что не реагировать. Сын плохо ел, забросил тренировки и не желал ходить в школу. Еще чуть-чуть, и я заподозрила бы депрессию.

Впрочем, и у меня дела обстояли не лучше.

Как я уже сказала, опасность будто подстерегала меня за каждым поворотом, по правде говоря, я уже начинала бояться автомобилей. Но забросить работу не могла. Нужно было хоть как-то отвлекаться, да и независимость была не пустым звуком, поэтому я старалась уделять фотографиям все свое свободное время.

Но последние два не удавалось даже этого.

И плохие мысли, а, может, предчувствие, поселились глубоко внутри.

У нас с Димой в ту самую новогоднюю ночь случилась любовь. Настоящая, испепеляющая страсть.

После которой гад просто сбежал сначала в свой Китай, а затем в центр Москвы.

И все бы ничего, да вот только постоянная тошнота, слабость и головокружение меня пугали. Поначалу я думала, что это просто стресс, может быть, переутомление, хотя, от чего, но ведь всякое могло быть. Но чем дальше шло время, тем больше я понимала, что это именно то, о чем я думаю.

То, чего так боюсь.

И тут вставал другой вопрос.

Как?

Ну, то есть, все взрослые люди понимали, как, но ведь Дима говорил, да что там, утверждал, что не может больше иметь детей! Именно поэтому ему был так важен Саша, именно поэтому мы с ним играли в мужа и жену и театр под названием брак. Именно поэтому вообще-то все и затевалось!

Тогда… каким образом я могла оказаться беременной?

Или, возможно, я преувеличивала и ее не было?

Надо было узнать наверняка. Конечно, надо было. Но я оттягивала этот момент. Было страшно.

Ну, то есть, я вообще не планировала второго ребенка. Никогда. Просто потому, что очень хорошо осознавала, что достойно поднять смогу только одного. А еще вроде как и не от кого было.