Случайно беременна, или Позволь тебя любить

Я схватила и кулон, и ключи в охапку, пачкаясь в пыли, грохнулась на кровать, взбивая очередной поток пыли, и тут же чихнула, а потом заплакала, хотя нет, скорее зарыдала в голос. Скатилась на пол, лишь бы не чувствовать раздирающий нос запах пыли, и обняла себя за колени.

Это был не дом. Это был склеп. Склеп наших отношений. В котором Руслан словно похоронил все самое ценное и дорогое для него и больше сюда не возвращался, намертво запечатав вход.

Где-то на краю сознания послышались шаги, но я не смогла даже развернуться и отпустить свои колени, так же как и остановить слезы. Просто не могла. Мне было больно. За себя. За него. За то будущее, которого он нас лишил. За то прошлое, которое мы прожили порознь, упустив столько драгоценного времени. Ведь его уже не вернешь. Никогда.

— Ну, будет тебе. Не реви… — шепнул Руслан, и тут же я почувствовала его сильные ладони на своих плечах. Он чуть отодвинул меня, надавил на колени, опуская мои ноги, а после притянул мое лицо к себе на грудь. — Кнопка, пожалуйста. Мне не по себе, когда ты плачешь.

— Это… это ужасный дом, Востров, — всхлипывая, произнесла я."

"— Согласен с тобой, — усмехнулся он и зарылся пальцами в мои волосы, затем разжал мою ладонь и вытащил из нее кулон и ключи. — Я не хотел, чтобы ты его видела. Но на всякий случай надо было все равно нанять клининговую компанию. Не смотрелось бы так жутко.

— А продать? — всхлипнула я, кажется, в последний раз. Слезы прекратились. На груди Руслана было так хорошо и тепло, что я невольно таяла.

— Наверное, нужно. Я просто очень долго, до последнего надеялся, что найду тебя и все будет так, как когда-то, — Руслан сглотнул, — до нашего развода. Я покажу тебе террасу, вид с нее, и ты…  — Он хмыкнул и шумно вздохнул, уткнувшись носом в мои волосы. — Здесь столько пыли, а твои волосы пахнут… вкусно.

Руслан не договорил, но я прекрасно его поняла. Мне полагалось влюбиться в спальню с выходом на террасу. Странно, что три года назад он привез меня в квартиру, а не сюда. Наверное, не дотерпел.

— А что случилось потом? После того, как я уехала со Снежей.

— Опять сбежала, ты хотела сказать? — лукаво произнес он, а затем его голос наполнился досадой и болью. — Тебе лучше не знать, что было потом.

— Рус, пожалуйста… — Я отстранилась от него, заглядывая в серьезные глаза. Руслан сидел на полу, прижимая меня к себе, и теперь он тоже был весь в пыли. Где-где, а здесь его белые носки не прожили бы и пяти секунд.

— Об этом не знает никто, кроме меня и мамы. Я тоже, кстати, делаю вид, что ничего не знаю, но постарался на славу, чтобы все замять. Отец… Он… он не сам наложил на себя руки. Это… — его голос дрогнул, он отвел взгляд. — Это сделала мама, и я… Я испугался за тебя, Лий. Именно тогда по-настоящему испугался.