Случайно беременна, или Позволь тебя любить

— Лия…

— Так почему я должна верить тебе сейчас? Пойми, что брось ты меня еще хоть тысячу раз, я и глазом не моргну, — я сказала это настолько убедительно, что, кажется, даже сама немного себе поверила, — но я не могу допустить, чтобы ты то же самое провернул с нашим сыном.

— Это абсолютно разные вещи.

— А вдруг ему тоже будет что-то угрожать? А?

— Я еще раз повторяю. Это совершенно разные вещи.

— Хорошо, тогда пообещай. Я… я постараюсь поверить тебе на слово. Другого выбора у меня все равно нет. Но все же мне нужно сейчас твое слово. — Руслан прикрыл глаза и сжал челюсти. — Обещай, что если сегодня у Алексея появится отец, то я не пожалею об этом. И Леша никогда не узнает, что это такое, когда тебя, словно собачонку, вышвыривают из своей жизни.

— Лия, все было совсем не так, — хрипло протянул он, уставившись на меня своим темно-коричневым взглядом.

— Пообещай.

— Обещаю. — Востров протянул руку и поймал в плен мою, которой я все это время махала совершенно непроизвольно. Он крепко сжал мои пальцы и, не отрывая от меня взгляда, серьезно произнес: — Я обещаю, что приложу все свои силы для того, чтобы поладить с сыном и стать ему хорошим отцом. Раз и навсегда. И ты… — Я прикрыла глаза, не выдержав его взгляда. — Все будет хорошо, я обещаю, — тихо-тихо добавил он, а затем погладил большим пальцем мое запястье.

Именно в этот момент и послышался звук открывшейся входной двери. А затем веселый голос сына и поучительный мамы.

— Что…  — шепнул Руслан. Я открыла глаза и успела заметить проскользнувшую панику во взгляде Вострова, он же тихо продолжил: — Что ты ему обо мне говорила? Вообще об отце. Почему меня нет?

— Я сказала ему, что мы расстались еще до его появления на свет и ты ничего не знаешь о нем. Не смогла сказать, что ты не хочешь его видеть. — Я пожала плечами, а Руслан выпустил мою руку из своего захвата и мгновенно напрягся.

— Наверное, я должен сказать тебе за это спасибо, — сухо произнес он, — но даже не подумаю. Твое счастье, Лия, что ты уберегла Алексея от лживых обвинений в мой адрес.

Востров отвернулся от меня и двумя размашистыми шагами покинул большую комнату.

Это он сейчас что? Высказал такое недвусмысленное обвинение в мой адрес? Показал, что обижен? Зол и недоволен? Я прикусила губу и провела руками по лицу. Как же все сложно.

Я часто-часто заморгала и быстро побежала в коридор. Совершенно не понимая, что говорить Алеше.

Темы его родного отца мы всегда избегали. Я сводила ее к паре фраз, и все. Позже, когда Алеша заметил, насколько неприятен мне был этот разговор, он и вовсе перестал спрашивать.

Сейчас же мой сыночек во все глаза смотрел на дядю, который стоял в другом конце коридора. Мама была удивлена не меньше Алеши и тоже молча хлопала ресницами.