Случайная связь

Ты полежишь, а я побуду рядом. Ты голоден?

– Нет. Меня тошнит.

– Так сильно ударило?

– Да, – морщится Паша. – Похоже, лёгкий сотряс. Но это мелочи. Главное, зубы целы и нос не сломан. Ты говорила, с завтрашнего дня дожди зарядят?

Я киваю.

– Вот и отлично. Дома побудем. Заодно фейс немного заживёт.

Паша идёт в гостиную и ложится на диван. Прикрывает глаза.

– Может, всё-таки что-нибудь перекусишь? Мясо и овощи? Блинчики? Когда ты последний раз ел?

Довольная улыбка трогает его губы. Мне хочется заботиться о нём, проявлять нежность и ласку.

– Блинчики, как вчера, – отвечает он.

Я иду на кухню и быстро затеваю тесто. Ставлю сковороду на плиту. На всё про всё уходит не более двадцати минут, но когда захожу в гостиную с чаем и блинчиками, замечаю, что Паша уснул. Накрываю его пледом и возвращаюсь на кухню. Убираю всё в холодильник и иду в свою комнату. Чтобы лечь рядом с Пашей, на диване слишком мало места. Снимаю топ и смотрю на себя в зеркало. Даже и намёка нет на то, что я в положении. Поднимаю глаза выше, поворачиваюсь. Плечи и спина красные, кожу неприятно жжёт. Я обгорела на солнце. Мажусь кремом и забираюсь под одеяло. Среди ночи просыпаюсь от того, что чувствую, как меня кто-то обнимает сзади.

– Бросила меня одного, лап? – Горячая ладонь проводит по бедру. – Могла бы разбудить, я бы не обиделся, – глухо звучит в затылок голос Измайлова.

– У тебя был очень жалкий и вымотанный вид.

Я прижимаюсь к Паше, от него пахнет медикаментами, но даже они не в силах перебить его запах. Ловлю себя на мысли, что утром нам предстоит серьёзный разговор, и снова проваливаюсь в сон. Открываю глаза, как по щелчку. Измайлов уже проснулся. Лежит на боку, разглядывая меня. Протягивает руку и скользит пальцем по животу и груди к шее. Мы встречаемся взглядами, и в его глазах появляется насмешливый блеск.

– Так хочется поцеловать, но я даже ртом не могу пошевелить. Больно, – стонет он.

Лицо выглядит так же, как и вчера: нижняя губа сильно распухла, на лбу и скулах синяки. Хорошего мало, но и ужасного ничего нет. Через недельку всё заживёт.

За окном слышится шум дождя. В комнате сумрак, хотя часы на прикроватной тумбочке показывают полдень.

– Как голова? – спрашиваю я, придвигаясь ближе.

– Получше. Но на подвиги не тянет.

Это он намекает на секс? Но я бы так не сказала, потому что бедром чувствую его желание и готовность их совершать.

– Хочешь, чтобы я опять была сверху?

Паша едва заметно кивает, и я беру инициативу в свои руки."

"– А ты, оказывается, не такой уж и властолюбивый альфа, каким хочешь казаться, да?

– Можно не нажимать на болевые точки? Видишь же, что мне хреново. Могла бы просто поблагодарить за возможность доминировать. Поцелуи и лицо под запретом, – напоминает он, когда я склоняюсь над ним.