Случайная любовь

— Мама, а ты счастлива с папой?

— С папой я познакомилась, когда мне было шестнадцать лет. Он был такой уверенный, такой сильный… За ним — как за каменной стеной…

«Совсем недавно я думала так о Максе», — молча вздохнула я.

— ..за долгие годы, что мы прожили с ним, я ни разу ему не изменила. Представляешь, ни разу.

Я всегда все делала правильно. Правильно встречала папу с работы, правильно не лезла в его дела, правильно относилась к его друзьям и недругам, но иногда от всей этой правильности мне хотелось выть в голос, рвать на себе волосы… Я сама себе начертила жизненную схему. Я сыграла свою партию беспроигрышно, но и выигрыш невелик.

Деньги, Машенька, не главное в жизни. Настоящего чувства на них не купишь.

Мама замолчала. Я потерлась щекой о ее колени и тихо спросила:

— Мама, а ты веришь в любовь?

— Верю, деточка, потому что у меня есть ты.

— А ты веришь в любовь между мужчиной и женщиной?

— Не знаю, Маша. Наверное, тоже верю. Во всяком случае, хочу. Но… Со временем все проходит. На свете не бывает ничего вечного.

— И даже любовь?

— И даже любовь. Иногда она просто проходит, иногда перерастает в привычку, а бывает, и ненавистью заменяется.

— Мамочка, а почему любовь умирает?

— Наверное, не выдерживает испытаний.

Сердце-то не железное, и у него есть пределы.

Я бы хотела, Машенька, чтобы ты встретила мужчину, который принимал бы тебя такой, какая ты есть, чтобы тебе не пришлось оправдываться перед ним за допущенные ошибки. Ну, пора идти, моя милая.

На улице нас поджидали довольный Вадим и растерянно хлопающий глазами Толик. Я поцеловала Вадима в щеку и дала ему свою сумку.

— И что это ты вдруг надумала? — спросил мой «жених».

— Что именно?

— Ну, в Москву прокатиться.

— Не знаю, просто надумала, и все.

— Слушай, а какого черта нам с собой Толика тащить?

— Но он же профессиональный телохранитель!

— Неужели ты думаешь, что я не смогу тебя защитить?

— Я ничего не думаю, думает мой папа. А он сказал, что с Толиком нам будет спокойнее, — на всякий случай соврала я и, расцеловавшись с мамой, села в машину на заднее сиденье.

В дороге Вадим то и дело оборачивался ко мне.

— Маш, как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

— Может, остановимся?

— Зачем?

— Ну, воздухом подышать.

— А мне не душно.

— Вот уж точно говорят: третий лишний.

Эта фраза явно относилась к Толику.

— Со всеми вопросами — к моему отцу.

— Даже в лесок не заедешь, — вздохнул Вадим и включил негромкую музыку.

Я засмеялась и бесцеремонно похлопала Толика по плечу.

— Толик, а вы давно работаете телохранителем?

— Давно. Сначала в Риге, потом в Москве.

— А кого же вы охраняли?

— Одного влиятельного человека.

— Ой, как интересно! И что, приходилось попадать в передряги? У вас есть ранения?

— У меня прострелена нога, вернее, щиколотка.