Случайная дочь миллионера

– Мама обещала мне пианино, представляешь? Только не такое, как в школе, а которое работает, только если в розетку включать, – восхищенно делится своими секретами Алиска. – Сказала, если хорошо себя вести буду, то Дед Мороз обязательно принесет. Но, Максим, я же уже взрослая и знаю, что Деда Мороза нет.

Я и в самом деле обещала ей синтезатор. Уже начала откладывать деньги, так что премия за проект Алмазова будет очень даже кстати. На самом деле я была против музыкальной школы. И не потому, что я родитель плохой, просто положа руку на сердце с уверенностью могу сказать, что моему ребенку при рождении медведь ухо отдавил.

У нее совершенно нет чувства ритма, голоса и слуха – скорее всего, это от Руслана, потому что у меня голос хороший. Но раз ребенку нравится и она так горит этим делом, то пусть ходит. Может, через год бросит, но сама, а не потому, что я так захотела. Она должна учиться делать выбор самостоятельно и за него отвечать даже в таком возрасте.

– Эй, доброе утро всем. Как спалось?

– Отлично, – улыбается мне Макс. Он в спортивках и белой футболке. Как раз делает нам чай. – Умывайся и давай к нам.

– Угу, – киваю я, потом целую дочь и иду в ванную комнату.

За завтраком, когда Алиска убегает собирать портфель, Максим спрашивает меня:

– Так что там с подарком Алиске? Она сказала, что пианино ты ей собираешься подарить.

– Боже упаси, хочешь, чтобы соседи нас выселили из-за ее постоянного бренчания? – смеюсь я. – Я присмотрела синтезатор, там можно делать минимальную громкость или надевать наушники  и играть.

– Отлично. Я тогда тоже в деле.

– Нет, Макс, ты не должен.

– Вика. – Он смотрит на меня с укором. – Мне казалось, что за семь лет ты должна была привыкнуть к тому, что Алиска для меня словно дочь. И если бы не кто-то, то она называла бы меня не Макс, а папа.

Я злюсь во время таких разговоров. По той причине, что иногда есть те вещи, в которых право голоса есть только у меня. Максим сделал для нас столько, сколько никто в этой жизни, но меня бы коробило оттого, что Алиска его папой называет. Потому что он не папа. И потому что он в любой момент мог встретить хорошую, достойную девушку и завести с ней семью. А мой ребенок чувствовал бы себя брошенным.

– Не начинай, прошу.

– Тогда и ты не начинай. На кого мне еще деньги тратить? – спрашивает вроде и весело, но и в то же время в глазах одна серьезность.

Я смотрю на него и вспоминаю, как семь лет назад он пришел и поставил меня перед фактом: мы женимся.

Это было через несколько недель после того, как я узнала о беременности. Михаил Леонидович позвал мать жить к себе и настаивал на продаже нашей квартиры, что пугало нас с мамой до чертиков.

Во-первых, никто не знал, сколько их отношения продержатся.