Случайная беременность

Хотела спросить ""зачем"", но, помня о своем косяке, прикусила язык. Не стала нарываться, задавая глупые вопросы.

С одной стороны, страшно, с другой... Что он мне может сделать?

Хотя, наверное, может. Многие люди в пьяном состоянии ведут себя неадекватно. Но ведь голос звучит вполне трезво. Разве что... надломленно?

Я неуверенно шагнула к нему, огибая стол. Шаг, еще шаг. И, когда уже почти была у цели – то ли каблук зацепился за что-то, то ли нога неудачно подвернулась, – я неловко взмахнула руками и поняла, что лечу вниз.

Дима мгновенно среагировал. Особенно странно для пьяного. Вскочил с места, хватая за талию и не давая упасть.

Горячие руки крепко прижали к себе, заключая в стальные объятия. В нос ворвался дурманящий коктейль из смеси ароматов парфюма, сигарет и личного запаха кожи Пейрака. Такого вкусного, что захотелось лизнуть его шею, куда я, собственно, уткнулась носом.

Сердце забилось набатом в голове, пуская бешеную дозу адреналина в кровь.

Дима чуть отстранил меня, вглядываясь в лицо. Он так близко! Катастрофически! Почти смертельно для меня!

Я две недели запрещала себе даже лишний раз смотреть на него, не то чтобы мечтать! Зарывалась в работу с головой, гнала шальные мысли, а тут... Одним махом сейчас он просто снес все мои баррикады, как карточный домик.

Перед глазами все закружилось, завертелось в бешеной карусели. Темнота усилила ощущения, а губы обожгло сигаретно-мятным дыханием:

– Попалась?

Глава 15"

"Весь день я пытался отрешиться, забыть, какое сегодня число. Даже самые сложные дела, требующие вдумчивости, кропотливой работы, отложил именно на субботу. И пахал весь день как проклятый, не прерываясь даже на обед или банальный перекур. Да я и есть проклятый, наверное. Поцелованный в задницу ее величеством Неудачей.

А к вечеру не выдержал. Какой бы тварью ни была Оксана, она все равно заслуживает, чтобы в этот день о ней вспомнили, помянули. О мертвых либо хорошо, либо никак...

Значит, пусть будет никак.

Все-таки в той аварии я был за рулем. И именно я не справился с управлением, когда машина вылетела на встречку.

Оксана погибла, а я... Я – урод.

Все именно так и получилось. В голове до сих пор звенят ее последние слова, которые она кричала в истерике.

Они материализовались, отпечатавшись на моем лице и теле. Как последний штрих ее крика. Он до сих пор иногда снится мне во сне, рвет барабанные перепонки.

Год! Прошел год, а воспоминания не тускнеют, не стираются из памяти, продолжая остервенело грызть душу.

И все это дерьмо по-прежнему никуда не делось. Оно так и сидит внутри, отравляя и не давая вернуться к нормальной жизни.

Я выпил всего пару глотков виски. Больше не лезло. Не знаю почему. Просто тупо воротило от пойла. Зато выкурил почти пачку сигарет. Больше...