Случайность или слушай мое сердце.

Я все это время наблюдала за ним, не двигаясь с места.

— Поехали, — сказал Макар, беря меня за руку.

— Ккуда? — уточнила я.

— Сначала к тебе домой, потом ко мне, потом в универ, — посвятил меня парень в свои планы, — Тренировка сегодня есть?

— Тогда потом заберу тебя и поедем тренироваться, — улыбнулся он. На первом этаже, заглянув в просторную комнату, крикнул, — Пап! Мы уехали!

— Когда приедете в следующий раз? — услышала я вопрос Аристарха. Макар посмотрел на меня.

— Завтра, — ответил он.

— Буду ждать, и Славу не забудь с собой привезти, — крикнул отец.

— Хорошо, — ответил Макар, подавая мне куртку. Пока я застегивала молнию, он выглянул на улицу. Закрыл дверь, подошел к шкафу, порылся на верхней полке. Достал шапку, повернувшись ко мне, натянул ее на мою голову, удовлетворенно хмыкнув, повязал свой шарф и надел перчатки.

— Там холодно, — прокомментировал он свои действия.

— Спасибо, — сказала я. В ответ получила поцелуй в нос.

— Может быть, хватит уже?! — рявкнула я. Макар удивленно посмотрел на меня.

— Чего хватит? — спросил он, открывая дверь и пропуская меня вперед. На улице он взял меня за руку, придерживая, чтобы я не поскользнулась и не упала на скользком асфальте. Вчера весь вечер моросил дождь, сменялся противным мелким снегом, да и за ночь значительно похолодало, теперь дороги были покрыты ледяной коркой.

— Целовать меня постоянно, — проворчала я, кутаясь в шарф.

— Тебе неприятно? — спросил Макар, открывая дверцу машины. Взял скребок для снега и начал очищать машину от корки льда.

Я молчала. Приятно. В этом-то вся проблема.

— А мне приятно, и я не перестану тебя целовать, — упрямо заявил он, не переставая снимать корку льда со стекол машины.

— А ты всегда делаешь то, что нужно только тебе? — уточнила я, — А, да, я и забыла! И зачем только спросила? Всегда!

— Ну да, я же эгоист, избалованный папенькин сынок, — крикнул он, швыряя щетку в салон машины, — И как меня такого гада только земля носит?!

— Точно! — крикнула я.

— И как ты только мои омерзительные поцелуи терпела-то? — язвительно сказал Макар, — Страдала наверно сильно? Противно было, да?

— Еще как! — разозлилась я еще больше.

— Противно, значит? — уточнил Макар, рывком открывая для меня пассажирскую дверь.

— Отвратительно, как будто лягушку целовала! — прошипела я, забираясь на сиденье, и буркнула, — Гад ползучий!

— Гад? — спросил Макар, садясь за руль.

— Ползучий! — повторила я, кивнув в подтверждение своих слов. Макар несколько секунд смотрел на меня. Потом, включил зажигание, нажал какие-то кнопки, двери заблокировались, сиденье Макара отодвинулось назад.

— Значит, говоришь, омерзительно и отвратительно было? — задумчиво протянул парень. Я чувствовала, что уж слишком спокойно он это сказал.