Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени

Срочные дела, и все такое…

Никуда мы не спешили, конечно, но находиться тут я больше не могла. Мне срочно нужно было поговорить с Морисом один на один.

— Ну что, господин инквизитор, идемте?

— Как?! — голос Мориса был подозрительно истеричный.

Я окинула его сочувствующим взглядом. На Морисе и у его ног сейчас умостились все шестнадцать котов. Один полулежал прямо на его голове, свешиваясь с широкой спинки кресла, второй изображал меховой воротник на плечах куратора, по двое котов уместились с обеих сторон на мягких подлокотниках кресла, еще двое улеглись на коленях и лизали руки. Остальные коты, недовольные, что им не досталось места, устроились у Мориса в ногах. Вид у инквизитора, конечно, был совершенно фееричный.

— Чувствуют родную кровинушку, — с нежностью произнесла мама и горячо так сказала мне:

— Какой восхитительный молодой человек!! Флора, если что, имей в виду, с ним я разрешаю тебе завести котенка, ой, простите, — ребенка! От такого можно. Даже если сам потом сбежит. Порода-то благородная, издалека видно.

Морис всё-таки плюнул на рамки приличия и заржал в голосину, согнувшись пополам от хохота. Потревоженные коты с недовольным фырканьем рассыпались в разные стороны.

А потом куратор внезапно с тихим хлопком превратился в мейн-куна.

Вы когда-нибудь видели кота, захлебывающегося хохотом и истерично бьющего лапкой по обивке кресла? Я вот теперь увидела. Зрелище то еще, скажу я вам.

Раздался звон и звук разбитого фарфора — это мама от потрясения выронила из рук чашку и блюдце. Так и застыла с руками в воздухе, открыв рот от удивления и с диким восторгом уставившись на белого мейн-куна с золотистым отливом.

— Простите, — сквозь смех выдавил из себя кот голосом Мориса. — Это я от переизбытка эмоций контроль над собой потерял… В детстве такое часто случалось… Уже забыл, что это такое — оборачиваться в кота от хохота… Освежающее чувство…

— Он метаморф высшего ранга, — пояснила я маме, которая все еще пыталась найти дар речи.

Пока наши коты вместе с мамой пребывали в состоянии абсолютного шока, я дернула уже вернувшего свой облик Мориса за руку, помогая ему встать и выбраться из кошачьего царства. Передвигался правда Морис с трудом, потому что никак не мог перестать хохотать.

— Потрясающе, — произнес он, вытирая слезы от смеха. — Знаете, миссис Габруа, вас надо познакомить с моей родней. Вы друг другу точно понравитесь.

— Надо, конечно, — серьёзно кивнула Лесания. — Организуете?

— Всенепременно, — пообещал Морис, с силой уводимый мной прочь из дома.

Мы оба уже не видели, как Лесания за нашими спинами вдохновенно прижала руки к груди и с придыханием прошептала:

Я наскоро попрощалась с мамой и чуть ли не бегом вытащила Мориса на улицу и дальше, за калитку.