Случайная (СИ)

Бездна, где я только не был, с кем только не воевал, но никогда не испытывал того страха, что сейчас жадно пожирает мою душу, — горько усмехнулся он, а у меня внутри раскаленной лавой растекалась чужая боль, что обжигала внутренности, облизывая их своими раскаленными языками.

Пальцы мужчины дрожали, а руки непроизвольно сжимались в кулаки, словно капитан неистово боролся с собственными чувствами и желаниями.

Сархаты, вы меня подставили!

Слезы покатились из глаз и мне пришлось приложить просто нереальные усилия, чтобы остаться на своём месте, и не броситься в руки любимому.

Что же ты раньше все не рассказал, почему не признавался?

— Никуда она не денется, — фыркнул блондин. — Только слепой не заметит, что она влюблена. И если это чувство сохранилось спустя столько лет, оно уже не исчезнет. Её душа в тебе признала пару, понимаешь? Поэтому, не впадай в отчаяние. Это все менталитет земных женщин — мучится самой и мучить свою пару.

Пф, ещё один знаток женской психологии нарисовался. Ох, доберусь я до тебя, сволочь самоуверенная.

— Ты знаешь, на что способны сархаты? — зло посмотрел на него Сириус, кажется, тоже не очень довольный словами своего штурмана. — Я — нет. Что, если она вернётся другой? Что, если они помогут ей избавится от чувств ко мне? Ведь она хочет этого, они причиняют ей слишком много боли. Морт, если она уйдёт от меня… — кажется, даже у него самого перехватило дыхание, — я брошу все в бездну. И тебя прихвачу с собой. Тогда, может, в следующий жизни, у тебя хватит ума не лезть в душу друзьям, и ничего не делать за их спиной. Я сильный воин, а значит, прежде чем помереть, ты повидаешь столько сражений, и столько боли, что по собственному желанию отправишься за грань.

Жестокость исказила его лицо, но в глазах была лишь беснующаяся боль. Это стало последней каплей.

Вскочив из своего кресла, я приблизилась к любимому со спины, и представила, как сильно обняла бы его, будь у меня сейчас такая возможность. Поглаживая воздух вокруг его тела, я разрывалась от желания прижаться к мужчине так сильно, что бы дышать стало сложно.

— Я люблю тебя. И никогда не смогу забыть или избавиться от этих чувств, — прошептала, не в силах совладать с собственными чувствами.

Сириус подскочил так стремительно, что я еле успела отпрыгнуть. С сумасшедшим взглядом он крутился вокруг своей оси, но не видел никого, кроме своего штурмана.

Если бы я не слышала всего разговора, и зашла в кабинет именно сейчас, не узнала бы Сириуса. В эту секунду он был таким живым, настоящим, искренним, эмоциональным. Я мечтала исчезнуть отсюда, что бы окончательно не выдать себя, но не могла сделать и шага. Всем своим существом я тянулась к нему, желая обнять, успокоить, сказать, что ни за что не покину его.