Случай в Семипалатинске

Забабахин сказал:

— Иван Лаврентьевич мне намекал, еще весной, когда я только-только стал помощником.

— Что именно он сообщил?

— Насчет купца Каржибаева полицмейстер заявил, что тот… Сейчас слово вспомню, из головы вылетело…

— Вот, точно! Это ведь означает, что он главный, а вокруг него есть рядовые агенты, правильно?

— Да, — подтвердил Алексей Николаевич. — А про свое сотрудничество с военными он рассказывал?

— Намекал, но фамилий не называл, — ответил подъесаул. И добавил: — Ежели вы про подпоручика Лыкова-Нефедьева, то я знаю, чем он занимается. Он ведь ваш сын, верно? Это подпоручик дал сигнал в Военное министерство?

Питерец понял, что Кузьма Павлович не так прост, как кажется. Ему пришлось рассказать чуть больше. Михалевич слушал, как в первый раз, а Забабахин дополнял. Выяснилось, что покойный полицмейстер держал его в курсе многих дел и даже поручал писать черновики рапортов губернатору. В доказательство казак вынул из стола бумаги и показал, как Присыпин редактировал записи своего помощника. Там было и про Куныбая Каржибаева, и про опиумную торговлю Жоркина, и про китайских купцов, передающих по цепочке шпионские письма в Омск. Алексей Николаевич попросил дать ему черновики на один день, и подъесаул разрешил.

— Господа, мне пора к губернатору, — поднялся коллежский советник. — И так я без уведомления его превосходительства наделал у вас шуму, даже в потолок стрельнул. Буду сейчас объясняться.

— Алексей Николаевич, еще два слова, — взмолился Забабахин.

— Слушаю вас, Кузьма Павлович.

— Как вы думаете, что станет теперь с моим чином? После того, что вы открыли. Не лишат?

Лыков молча пожал плечами. Подъесаул понял, что сказал глупость, и запричитал:

— Простите ради бога, это от нервов. Я ведь простой казачий офицер, полицейскому делу не обучался. Два года всего, как служу в полиции, а раньше все в строю.

— Вы из какой станицы? — поинтересовался питерец.

Оказалось, что Забабахин — выходец из Области Войска Донского. Окончил там Новочеркасское казачье училище и вышел в полк. Когда началась война с японцами, попросился на восток. Прибыл на фронт довольно поздно, однако повоевать успел. Аннинский темляк заслужил уже перед самым перемирием, за удержание позиции под огнем. По окончании кампании возвращаться на Дон не захотел. Круглый сирота, ни единой родной души на свете. Таким людям легко менять местожительство. Молодой офицер переписался в Сибирское войско и год отслужил в семипалатинском гарнизоне. Мирная служба Кузьме Павловичу надоела быстро, и он перевелся тем же чином в полицию. Сначала был становым приставом в Сергиополе Лепсинского уезда Семиреченской области. Потянуло вернуться сюда, и он обратился к Присыпину с просьбой взять к себе в помощники.