Сложный выбор

— Хочу! Хочу! — хлопает Денис в ладоши. — Мам, пожалуйста!

— Ты боишься летать, что ли? По работе ведь часто летала, так?

— Так, — подтверждаю я. — Боялась и летала. Но было не так страшно, потому что садилась ближе к проходу. А в вертолете меньше пространства и…

— Не так высоко, как тебе кажется, — перебивает Третьяков. — Я буду рядом. Давайте на следующей неделе попробуем? — настаивает он. — Друзья рассказывали, что вечером с высоты открывается шикарный вид. Я бы с удовольствием сам посмотрел и вам показал. Страхи нужно преодолевать, Насть.

— Я подумаю… — отвечаю, чувствуя, как частит пульс.

Володя стоит так близко, что ощущается запах его вкусного парфюма. Я задерживаю дыхание, прислушиваясь к себе. Даже не знаю, что сильнее волнует: предстоящий полет или то, что мы будем в замкнутом пространстве втроем, на высоте. Это событие потом отправится в копилку личных воспоминаний.

— Денису пора отдыхать. Отвези нас домой, — прошу я.

Вова согласно кивает, и мы идем к его внедорожнику. Когда подъезжаем к высотке, мобильник Третьякова оживает, и я ловлю себя на мысли, что это первый звонок за те несколько часов, что мы провели вместе.

Вова долго смотрит на дисплей, прежде чем ответить.

— Да… Это я, — говорит строго и сосредоточенно. — По какому поводу?.. Ясно. Какой участок?.. Да, подъеду.

— Что-то случилось? — аккуратно интересуюсь я, когда он паркует машину в нашем дворе.

— Ничего серьезного. Вы идите, Насть. Мне нужно заехать в одно место. Вечером позвоню.

Попрощавшись с Вовой, мы с Денисом поднимаемся в квартиру. Остаток дня я занимаюсь привычными делами и жду звонка Третьякова, чувствуя неясную тревогу, которая лишь нарастает.

Ни вечером, ни следующим утром Вова не дает о себе знать.

Глава 27

— Татьяна Павловна, спасибо, что сходили в аптеку, — благодарю я няню, принимая пакет с лекарствами из ее рук. — Не знаю, как бы справлялась сейчас без вас."

"Действительно, не знаю. Еще вчера все было хорошо, а сегодня утром Денис проснулся с температурой. Мало того, что Володя исчез, так еще и это. Я места себе не нахожу, меряя комнату из угла в угол.

— Да что вы, Настенька. Я к вам привыкла. Денис у вас замечательный мальчик. — Татьяна Павловна тепло улыбается. — Напоминает одного моего подопечного, с которым я работала десять лет. Очень способный молодой человек. Музыкой занимался усердно. А Денису бы в художественную школу. У него есть все задатки.

— Мы ходили на пару занятий, — признаюсь я. — То ли Денис еще слишком мал, то ли учитель ему не понравился, но на третьем уроке он закатил истерику и сказал, что больше не пойдет. Я настаивать не стала. Решила спустя время вернуться к этому вопросу. Чтобы окончательно не отбить у сына желание рисовать.

— Дети чувствительны.