Сложный выбор

Вдыхаю запах Настиных волос, осознавая, что все сделал правильно. Мое место здесь, рядом с Лаской и нашим ребенком. Четыре года оно пустовало, я занимался совершенно не тем.

— А говорил, что не приедешь… — Кажется, Настя улыбается.

Неужели пытается заигрывать?

— Передумал, — тоже улыбаюсь я.

Поднимаю руку и глажу Ласку по щеке. Ее глаза лихорадочно блестят. Безумно приятно видеть Настю такой счастливой, на душе от этого становится очень тепло. Подобное ощущение для меня в новинку.

— Татьяна Павловна, — обращаюсь к няне, которая сидит за столом, — приглядите, пожалуйста, за Денисом.

Взяв Ласку за руку, я веду ее к выходу из кафе.

— Володя… — слегка удивленно окликает она, — куда ты меня ведешь?

— Туда, где нам никто не помешает."

"Глава 34

Я улыбаюсь, разглядывая Третьякова, когда мы с ним заходим в лифт. Вова нажимает нужную кнопку и снова возвращает внимание ко мне.

Настроение с утра было паршивым: Денис приболел, плохо спал ночью, капризничал, отказывался идти на завтрак. Но теперь, когда Володя здесь, жизнь как будто налаживается, а все вокруг стремительно окрашивается яркими красками.

— Ты знаешь, в каком номере мы остановились? — интересуюсь у Третьякова.

— Знаю. — Вова отпускает мою руку, обхватывает меня за талию и привлекает к себе. — Он рядом с тем, который я вчера забронировал.

Эйфория чуть ли не сбивает с ног.

— Ты бросил все дела ради нас? — ахаю, чувствуя, как во мне зацветает радость.

— Поставил на паузу, — уверенно произносит он. — Иногда так бывает, что дом — это не место, а люди. Я никогда и ни с кем не испытывал подобного чувства раньше. По возможности буду все свободное время проводить с тобой и Денисом. Но сначала с тобой.

Вова проводит пальцем по моей нижней губе. Его дыхание приятно щекочет кожу, вызывая трепет в каждой клетке.

Третьяков прижимает меня крепче и, склонившись, целует. Сначала нежно и неторопливо, а потом полностью завладевая моим ртом. Его вкуса становится так много, что начинает кружиться голова. Я обхватываю Вову за плечи.

— Тогда… — Хватаю ртом воздух, когда поцелуй ненадолго прекращается. — Тогда сегодня я вся в твоем распоряжении.

— Опасное заявление, — довольно улыбается Третьяков.

Я млею от его улыбки, от того, как искрятся его глаза, когда он смотрит на меня.

— Очень опасное, — уточняет с плотоядным смешком.

На секунду я замираю с приоткрытым ртом, наблюдая за Вовой. Не верится, что все это происходит по-настоящему. После той ночи я не переставала вспоминать о нем и мечтала увидеть. Как хорошо, что это не сон.

Лифт останавливается на десятом этаже, створки разъезжаются. Мы выходим в коридор и направляемся к номеру.