О бедном зельеваре замолвите слово (СИ)

— А теперь можно и к знахарке, —

предупредил трактирщика, что от кузнеца может прийти посыльный, а также попросил, если будут приходить «страждущие», пусть записывают свои пожелания. Авось вернусь.

Погода на улице начала портиться: набежали тучки, закрывая теплое солнышко, и подул легкий ветерок. Дождь что ли собирается? Не хотелось бы, не люблю я сырость, и собирать нужное для зелий в такую погоду отвратно. В академии профессор нас не щадил, выгонял и в дождь, и в снег, и в мороз, и в пекло, сам при этом находясь в своем уютном кабинете. И пусть не мы одни страдали, но хорошего в таком все равно было мало; заболеть не дадут, вылечат, и снова отправят на улицу.

— Как Клара приняла… временного жильца? — мне надо было знать, к чему готовиться.

— Хорошо, — удивленно глянул на довольного Ульяха, — Грозилась превратить вас в его подобие, а еще материлась. Страшно.

И это он называет хорошо?!

— Монстрик спит во дворе и ведет себя как вы сказали. Даже с котом подружился.

Что-то сомневаюсь на этот счет. Скорее не трогают друг друга без соответствующей команды. И даже проверять не хочу, кто одержит победу: скорее от Топольков руины останутся.

Знахарка оказалась во дворе и лицо у нее было недовольное. Собственно, ее потрепанный вид говорил о том, что женщина, как минимум, повалялась в траве: рыжая коса растрепалась и в волосах торчали травинки, на белой рубахе следы грязи, как и на штанах. А в руках она держала увесистую сковороду. Может ну ее, а?

— Тетя Клара, мы пришли!

Ульях нас сдал. Точнее меня, сам же нисколько не беспокоясь, входя во двор. На меня посмотрели потемневшие зеленые глаза и ощущения дождя усилилось. Возможно будет гром.

— Хорошо, — прошипела ведьма, уперев руки в бока, — Ульях, там на кухне плюшки свежие, иди поешь, а мы тут поговорим по душам.

И смотрит так выразительно…

Как только мальчишка скрылся в доме, она, набрав в легкие воздух, выдохнула, указав сковородой на пустое место.

— Это что еще за хрень!?

«Пустое место» двинулось и на миг показалась счастливая морда химеры, после чего пустота ткнулась мне в ногу. Я машинально провел рукой, ощущая жесткую шерсть под рукой и гладкость черепа. Невидимое чудище тихо заурчало.

— Это? Монстрик. Ульях ему имя давал, а не я. Тут такая интересная история случилась…

— Я вся во внимании!

Я оглянулся по сторонам. Не хотелось бы, чтобы нас подслушали, и кто-то еще знал об этом звере. Клара поняла это и, вздохнув, пригласила в дом. Оставив невидимую зверушку с ведьминым фамильяром, прошли на кухню, где Ульях дожевывал плюшку с молоком.

— Хочу сразу обозначить, что оно не мое, — поднял руки, защищаясь от взгляда Клары. Пусть сковороду она и положила на стол, но легче от этого не стало, — Он появился, когда меня пытался убить оборотень.