Беру свои слова обратно

Жуков должен был взять на себя ответственность за сухопутную оборону и прикрытие базы с воздуха. Для этого следовало отдать соответствующие распоряжения командиру 67-й стрелковой дивизии генерал-майору Дедаеву и командиру истребительного авиационного полка. В крайнем случае всю ответственность надо было переложить на флот: сами планируйте оборону своей базы. При таком решении стрелковую дивизию и авиационный полк следовало передать в оперативное подчинение флота. То есть они остаются в составе Красной Армии, но боевые действия ведут по планам и приказам флотского командования.

Но Жуков не сделал ни того ни другого: и стрелковую дивизию с авиационным полком флоту не отдал, и свои планы обороны раскрыть не позволил. Как потом выяснилось, никаких планов обороны Либавы у Жукова вообще не было. Мало того, 148-й истребительный авиационный полк, как и все остальные полки, имел категорический приказ самолетов противника не сбивать."

"В первый день войны Либава оказалась в зоне боевых действий. Часть кораблей сумела вырваться. Часть была подорвана. Некоторые попали в руки противника. Командир базы капитан 1 ранга М.С. Клеванский был определен в качестве виновника и расстрелян. Но все случилось потому, что германская 291-я пехотная дивизия уже в первый день войны отрезала Либаву от своих тылов и с окраин города начала обстрел гавани. Отбивать германскую пехоту должна была советская 67-я стрелковая дивизия по гениальным планам Жукова. Но по какой-то причине наша стрелковая дивизия, находясь у самой границы, «не имела заблаговременно подготовленной обороны» (ВИЖ. 1962. No 4. С. 45).

«После падения Лиепаи под угрозой захвата с суши оказалась Рига, а затем и Таллин. Сухопутный фронт обороны этих баз не был подготовлен» (ИВОВСС. Т. 2. С. 44).

«Сухопутная оборона главной базы Краснознаменного Балтийского флота — Таллина к началу войны вообще не планировалась» (Краснознаменный Балтийский флот в битве за Ленинград. 1941-1944. С. 51).

Гениальный Жуков перед войной не предусматривал, не планировал и не готовил сухопутную оборону ни Либавы, ни Риги, ни Таллина. И они вместе с огромными запасами достались противнику. Сухопутная оборона не только балтийских, но и черноморских баз не готовилась потому, что великий Жуков был уверен: противник до этого рубежа не дойдет.

И вот на очереди Ленинград. «Угроза Ленинграду с юго-запада, со стороны Восточной Пруссии, в расчет почти не принималась, и в плане нашей обороны возможность прорыва противника на этом направлении, по существу, не учитывалась» (Генерал-майор авиации А. Новиков. ВИЖ. 1969. No 1. С. 63).

Топить флот — плохо. Но отдать противнику — еще хуже.