Сломанные линии

Хорошо, переживу! Но мне не плевать на тебя, хотя, поверь – никто не жалеет об этом больше меня, – горькая усмешка тронула мои губы. – Так что ты можешь или принимать это, или нет, но я никуда не денусь.

– Я не хочу делать тебе больно, – его голос прозвучат негромко, но предупреждающе.

– Я поняла, – из меня вырвался короткий смешок. – Но сделаешь, если я не сдамся?

– Если ты меня заставишь, – не моргнув, ответил Кейд.

Я отказывалась верить, что слышу нечто подобное от него. Хотя, это не самое худшее, что он говорил мне.

Невероятно, как в одном человеке может содержаться столько контрастов!

Мне стоило огромных усилий не отвести взгляда, но я выдержала. Кейд с лёгким прищуром тёмных глаз всматривался в меня, выискивая признаки слабости. Он мог ранить своими словами, потому что я по-прежнему любила его. Мои чувства ослабляли меня, но сейчас, как никогда, я была намерена идти до конца.

Кейд сделал шаг ко мне, оказавшись едва не вплотную, нависая надо мной. Знакомый запах проник в лёгкие, окутал собой – но все его уловки были лишь для того, чтобы запугать и ослабить меня.

Я с места не сдвинулась. Стояла, едва дыша, но не было и речи о том, чтобы сбежать.

Фостер наклонил голову к моему лицу, став ещё ближе. Кровь зашумела у меня в ушах, я стиснула ладони в кулаки. Он сохранял молчание, просто… дышал, впитывая мой страх – Господи, я правда боялась! Боялась своей реакции на него.

Кейд провёл носом вдоль моей щеки, едва не касаясь меня. Шумно вдохнул и низким, густым шёпотом произнёс:

– Сдавайся, Лорен.

Больше ничего не добавив, прошёл мимо меня, вернувшись в дом.

Меня потряхивало. Гнев, упрямство, обида и вспыхнувшее ярким цветом желание. Эмоции бурлили во мне, как в кипящем котле.

Схватившись за перила, я с силой сжала пальцы.

Сдаться?

Да ни за что на свете!

***

Чёртова вечеринка!

Я свирепо уставилась на часы. Три часа ночи, а они и не думают сворачиваться!

Нет, я не была ханжой, и уж точно не ярой противницей тусовок, но у меня напрочь отсутствовало настроение. Хотелось просто забраться в постель и уснуть.

Не знаю, что тому причина, но Кейд вёл себя почти прилично: пил мало и практически всю ночь тискал грудастую топлес-модель. Механически так, будто выполнял досадную обязанность. Не думаю, что он хоть что-то слышал из того, что говорила ему девушка. Отсутствующая улыбка на его лице не оставила у меня сомнений.

Я вышагивала по комнате, пыхтя, как закипевший чайник, и при этом чувствовала свою полную беспомощность.

Если я сейчас пойду к Кейду и попрошу закончить вечеринку, он рассмеётся мне в лицо.

В коридоре послышался смех. Женский, немного визгливый. На втором этаже гостей не было, охрана за этим следила. Не могли же они прозевать…

Я открыла дверь, собираясь выяснить, в чём дело. И совершила ошибку.