Сломанные линии

Моё сердце разрывалось от жалости к нему.

Наверное, все мои эмоции отразились на лице, потому что Надин улыбнулась мне понимающей, грустной улыбкой.

– Это был тяжёлый период для Кейдена, – негромко продолжила женщина. – Я никогда не видела сына таким… разбитым. Когда отец Кейдена ушёл от нас, сын очень переживал и страдал, но это и сравнить невозможно с потерей Софии. Он не справлялся, я беспокоилась за него, и родители Софии предложили забрать Калеба к себе. Предполагалось, что это только на время, но депрессия Кейдена затянулась. Он погибал здесь. Ему было только восемнадцать, а он говорил, что его жизнь кончена. – Надин нахмурилась, предавшись воспоминаниям. – Я совсем отчаялась вывести его из этого состояния, поэтому однажды предложила ему уехать, сменить обстановку, увидеть мир за пределами этого города. – Она едва заметно пожала плечами. – Я говорила ему об этом так много раз, и в один из дней он согласился. Родители Софии хорошо справлялись с Калебом, но сын всё равно не хотел оставлять мальчика. Правда и с собой взять не мог. Калеб был слишком мал, а Кейден уезжал в неизвестность. А дальше… После создания группы он вновь стал оживать. Когда пришли известность и успех, Кейден решил, что ни один журналист в мире не должен узнать ни о Софии, ни о Калебе. Он не хотел пиариться за счёт своей трагедии.

Так появился Кейд Фостер.

Надин улыбнулась. Эта женщина, которая показалась мне такой сдержанной – впрочем, она и была такой, – очень гордилась сыном. Невозможно было не увидеть этого.

– Мальчик по-прежнему живёт с родителями Софии? – осторожно спросила я.

Надин кивнула, и я успела заметить странное выражение, мелькнувшее в её глазах.

– Да, но когда Кейден приезжает домой, то забирает его сюда.

– Как часто это происходит?

Я надеялась, что, задавая вопросы, не веду себя слишком нагло.

– Обычно раз в шесть-восемь недель, если не занят на концерте или в туре."

"Я повернулась в сторону камина и ещё раз взглянула на фото, на котором Кейд с Калебом лежали в шезлонгах у бассейна с одинаковыми рейбенами на глазах и потягивали яркие коктейли через трубочки. Мальчику тогда, скорее всего, было не больше восьми.

– Он его очень любит, – вновь переведя взгляд на Надин, тихо произнесла я. Это не было вопросом. Любовь Кейда к сыну была очевидна.

– Как и Калеб его. Кейден расстроен, что не может забрать мальчика к себе, но…

Надин замолчала, дав мне возможность сделать свои выводы. Я не знала причин, почему Кейд не мог забрать сына к себе, кроме той, что тогда журналистам всё станет известно о фальшивой биографии. Да и с его жизнью неудивительно, что он держит сына подальше от всего этого.

И в этот момент мне особо остро захотелось к Кейду.