Сломанные крылья

То есть никто не уходил. Все только приходили.

– Значит, ты не на две минуты отлучился.

– Да, но я кое-что сделал. Нашел на газоне под окном Веры Михайловны три пачки сока в пластиковом пакете.

– Так. Пусть Мария никуда не выходит. А ты вези сок к супермаркету. Я буду там минут через пятнадцать.

Они встретились за углом магазина. Сергей взял пакет и переложил его в небольшую кожаную сумку.

– Возвращайся в больницу. Я узнаю, здесь его купили или нет.

Сергей прошел к администратору торгового зала и поставил перед ним сок.

– Будьте так любезны, скажите: ваш товар или нет?

– Наш. А что, у вас претензии?

– Ни в коем случае. Я просто сына проверяю: он действительно сок в магазине купил или в ближайшей палатке, где торгуют забродившей кислятиной!

– Надо детям доверять.

Сергей вышел из зала, подошел к охраннику вестибюля и вежливо поздоровался.

– Все ищете? – спросил Виктор.

– Да нет. Просто купил кое-что.

– Приятного аппетита.

– Спасибо. Он у меня всегда приятный.

Из машины Сергей позвонил Славе:

– Слушай, охранник, похоже, приходил в больницу. Его может опознать женщина, которая ухаживает за Верой Михайловной. Он пришел с тремя пачками сока из супермаркета, увидел, что Вера Михайловна одна, спит, и выбросил сок в окно, на газон. Мой парень нашел.

– Так. Это уже что-то.

– Что ж ты такой прямолинейный? Это не улики. Выбросил сок потому, что в мозгах что-то щелкнуло. А вдруг не он? Упал пакет под этим окном, но там ведь несколько этажей. Опознает его, допустим, твоя женщина. А он, может, Вере Михайловне – лучший друг. Я не хочу лопухнуться. Пойми. Пиши его адрес. Живет он с матерью.

Виктор привез в гараж маленький подержанный холодильник, несколько сумок с едой, спустил все это в погреб.

– Я включил холодильник в розетку, – сказал он Оле. – Он заработал. Еды тебе хватит. Но розетка одна. Если захочешь электроплитку включить, его придется на время выключить. Тут темновато. Вот свечки и спички.

Он подошел к ней и крепко сжал ее ладони.

– Я сейчас уйду. Тут ко мне один тип повадился, что-то вынюхивает. Нужно переждать. Просьба у меня к тебе большая: не делай глупостей. Нам ведь еще ребенка искать, ты помнишь? Кроме меня, никто не знает, где этот дом. И ешь хорошо.

Оля мрачно посмотрела ему в лицо:

– Ты ненормальный. Ты это понимаешь? Для тебя лучше всего сдаться, рассказать все как есть. Ты с каждой минутой усугубляешь свои преступления. У тебя же мать есть. – Она отвернулась и глухо добавила: – И сын.

– Выбрось все это из головы, – произнес он тихо и грозно. – Сдаться, рассказать? Я – твоя судьба. И ты – моя. И нет у нас больше никого.

Она рванулась к нему, он крепко сжал ее за плечи.

– Опять задушить хотела? Не хватит у тебя силенок. И я же обещал: поедем искать. Жди.

Он быстро вышел, а Оля заметалась по подземелью.