Сломанные крылья

– Слава, она была вооружена, практически невменяема и с грудным ребенком в машине. Что она могла бы натворить до этого другого места?

Дмитрия нашли быстро по описанию проводницы и адресу электронной почты, найденному в ноутбуке Ирины. Он держался вызывающе, сначала все отрицал, потом с насмешкой спросил:

– Ну, и что за преступление – девушку в поезд посадить?

– Она вас об этом не просила, мягко говоря, – заметил Слава. – Мы читали вашу переписку с Ириной Васильевой.

– Ну, хорошо. Ирина меня попросила. Мне трудно, что ли?

– Отправить знакомую во Владивосток.

– Которой туда совсем не нужно.

– Этого я не знаю, нужно или не нужно. У них спрашивайте.

– У Зинаиды Петровой больше ни о чем не спросишь. Она мертва. Умерла в том самом поезде.

– Я не понял, а что с ней случилось?

– Передозировка медицинских препаратов, интоксикация, в результате асфиксия.

– Это из-за тех ампул, которые я в вино добавил?

– Отчасти из-за них. Она утратила контроль над собой. Это лекарство нельзя было добавлять в спиртное. В вагоне она еще таблетки принимала.

– Так было задумано? Чтоб она умерла? Меня так подставили?

– Полагаю, нет. Но вы оставили ее одну в пустом купе. Если бы там был еще один человек, она, скорее всего, осталась бы жива. И все равно была бы пострадавшей.

– Я так понял, у меня отсюда нет обратного выхода.

– Пока мы вас задержим ненадолго: явка с повинной, очная ставка, если вы решите, что это целесообразно. Потом – на усмотрение судьи. Вас могут отпустить до начала заседания под подписку о невыезде. Если все поверят, что вы не ведали, что творили… Давно подобными поручениями зарабатываете?

– Первый раз. Честное слово. Просто деньги были нужны.

– Черт, не могу поверить, что она так умерла. Мучилась?

– А знаете, теперь уже все равно, могу сказать. Она мне понравилась. Такая симпатичная. Я даже адрес ее записал потом, ждал ведь у подъезда. Думал, приедет, найду ее.

– Плохой способ знакомства.

– Знаю. Хреновый способ. И хреново для меня закончился.

Виктор лежал лицом к стене, когда его позвали в комнату свиданий. Он подумал, что это мать, и сказал:

– А кто тебя спрашивает, пойдешь или нет? Сказали: вставай. Следователь девушке свидание дал.

– Девушке? – Виктор вскочил, поправил одежду и рванулся к двери.

– Эй, ты что, на марафон собрался? Иди, как положено.

Оля сидела у стола, глядя на руки. Она поздоровалась с Виктором. Он сел напротив, не отводя глаз от ее лица, но она на него не смотрела.

– Мне тяжело было прийти к тебе, Виктор. Но я должна сказать. Моего сына нашли.

– Да, жив и здоров, как ты и говорил.

– Ох! Ты не поверишь, как я рад.

– Это неважно теперь, поверю я или нет. Виктор, ты должен выбросить из головы надежду увидеть его. Я сделаю все, чтобы этого не произошло никогда.