Сломанная защита

Мы гуляем, держась за руки, ну точно влюбленная парочка! Воздух морозный и свежий, моя мечта увидеть присыпанные снегом ели и сосны — сбывается, вокруг так много белого цвета, что глаза слепит! Где-то поблизости веселятся дети, катаются с горки на плюшках, лепят снеговиков, до нас доносятся их звонкие голоса, веселый смех и музыка. У кого-то, кажется, продолжаются каникулы.

— Все в порядке? — спрашивает Андрей, замечая, что я хмурюсь.

— Ерунда. Неважно себя чувствую, голова побаливает. Наверное, слишком много кислорода.

— Если хочешь, вернемся в дом.

— Нет, все хорошо, погуляем. Знаешь, на самом деле у меня это впервые: я же тест с утра сделала — отрицательный, но… но и месячных пока нет. Очень волнуюсь, — делюсь с ним искренне. — Впервые в такой ситуации, внутри все трепещет. Я знаю, что беременность изменит абсолютно все, мне страшно, но и предвкушение какое-то… сладкое.

— Впервые? — переспрашивает Андрей.

— Да. Мне не доводилось раньше испытывать такую страсть, чтобы голова отключалась, — улыбаюсь, флиртуя с ним. — Я не из тех девушек, кто склонен мыслить фразами: будь что будет! Обычно я стараюсь все просчитывать наперед.

— Ты ведь была замужем, — говорит он бесцветным голосом. Мне не нравятся его интонации, но я списываю их на ревность. Наверное, нам не следует говорить о прошлых отношениях, но с другой стороны — нам обоим уже известно слишком многое. Поздновато строить из себя девственников. Конечно, подробности ни к чему, я зря начала эту тему. Мне виделось, что разговор пройдет в совсем другой тональности.

— Это никак не связано, — отвечаю сухо, закрывая тему. Собираюсь сказать что-то о погоде, как слышу:

— То есть ты хочешь сказать, что впервые не предохранялась? — говорит Андрей и почему-то отпускает мою руку.

— Что-то не так? Сменим тему? — я останавливаюсь, он тоже.

— Ты снова лжешь мне, хотя обещала этого не делать. От своих женщин и доверителей я требую абсолютной искренности. Если не хочешь что-то рассказывать — просто не рассказывай, мы не на допросе. Но делать из меня идиота — не стоит, Лидия.

Кровь бросается к лицу, я моментально краснею до корней волос. Андрей жестом предлагает продолжить дорогу, он считает, что конфликт исчерпан. Но я не могу и шагу ступить. Он отчитал меня как подчиненную, будто я его секретарша. Это недопустимо.

— О какой именно лжи ты говоришь? — смотрю ему в глаза.

— Ты хотела сменить тему.

— Я передумала.

— Передумай еще раз.

Я качаю головой. Вот и первый конфликт, что будет, если никто не уступит? Щеколда на двери рискует никогда не быть прибитой, дверь — не повешенной, а общее жилье — не купленным.