Сломай меня

Сетки на кольцах все еще в языках пламени, но школе огонь не угрожает.

– Как по мне, это чуть ли не хуже, чем если бы школа загорелась, – спустя мгновение произносит Мак.

– Да уж, это пощечина, – вздыхаю я.

Мак хлопает меня по плечу.

– Я на всякий случай проверю забор сзади.

– Иди, – киваю я и смотрю на Баса.

Теперь, когда паника сошла на нет, он отошел от нас на несколько футов. А когда примчался Мак, Бас ни минуты не сомневался. Он всегда был готов поехать куда угодно за нами. И даже сейчас, несмотря на желание съесть меня заживо, он все еще целиком и полностью с нами, чтоб его.

Этот засранец остался Бреем, хоть теперь он и занят построением собственной империи.

Бас стоит, потирая шею, и смотрит на небо. Уже темно, и видны звезды. Готов поспорить, он думает о Бриэль, и в голове у него хаос, он не знает, что делать. Он хочет поступить правильно, не сомневаюсь, но ответ для него не очевиден.

– Поговори с ним, брат. Объясни все, – прошу я Кэптена.

– Объяснить что, брат? – Кэп кладет руку мне на плечо. – Как ты думаешь, Фениксу не понадобятся доказательства, что там в голове у человека, которому Зоуи отдаст свое сердце? Надеюсь, он не спалит дом ради того, чтобы это узнать?

На губах у меня появляется улыбка.

– Не будь так уверен, Кэп. Он же Брейшо. И он сожжет весь мир вокруг, когда время придет.

У Кэпа вырывается смешок, он пристально смотрит мне в глаза.

– Скажи все сам, брат. Сделай это. Возьми то, что принадлежит тебе. Она этого хочет. А Бас? Ему нужно, чтобы ты это сделал, даже если он еще этого не понимает.

Набираю полную грудь воздуха и киваю.

– Я тебя понял, Кэп.

Разворачиваюсь и подхожу к Бишопу.

Он замечает меня боковым зрением, достает из кармана сигарету и подносит ко рту. Я жду, пока он прикурит и затянется.

Бас со вздохом запрокидывает голову назад.

– Она такая хрупкая, чувак. Ты ее уничтожишь.

– Ты думаешь, я этого не знаю? – Я смеюсь, хотя это ни капли не смешно. – Думаешь, я не предупреждал ее? Не боролся всеми гребаными способами? Нет, я все это делал. Можешь спросить ее, и тебе не понравится то, что она расскажет. Я отталкивал ее снова и снова, но эта хрупкая девочка отказалась даже слушать. Отказалась принимать мои уловки. Говорю тебе, Бишоп, она сильнее, чем ты думаешь, упрямее, чем я мог себе представить, и, в отличие от меня, дело не в ее кулаках. Дело в ее чертовом духе. И разуме. Во всем, что кроме.

Бас отводит взгляд, ковыряет носком ботинка землю, а когда снова поднимает на меня глаза, в них светится ожесточение.

– Я хочу забрать ее с собой.

– Ну, ты опоздал и к тому же проявил себя не с лучшей стороны, – кричу я. – Где ты был последние четыре года? Ты имеешь хоть какое-то представление о том, через что она прошла?

Бас снова в ярости.

– Не смей спрашивать меня о том, что касается моей сестры.