Сломай меня

– Тебе необязательно тут оставаться, если для тебя это чересчур, – говорит она, хотя ей наверняка известен его ответ.

Кэп отрицательно качает головой, не сводя глаз с ее живота.

– У меня не получилось стать частью всего этого с Зо, так что я не собираюсь ничего пропустить. – Его губы изгибаются, он смотрит на Мэддока. – Я чувствую, как ребенок двигается.

Рука Мэддока опускается на живот Рэй-Рэй с другой стороны

Виктория кладет руку мне на плечо и сжимает, и я благодарен ей за это.

Кэп смотрит на Викторию, потом на Рэйвен.

– Можно на минуту впустить сюда Зоуи? Думаю, она беспокоится, что что-то не так, может, дадим ей увидеть, что ты в порядке?

– Не спрашивай, Кэп, – кивает Рэйвен. – Она хочет сюда – ты ведешь ее сюда.

Наш отец, похоже, стоит у двери в ожидании этих слов, потому что всего пару секунд спустя Зоуи просовывает в дверь свою маленькую головку. Она убирает с лица белокурые локоны и идет к Мэддоку, который нависает над Рэйвен.

– Иди сюда, Зо. – Он поднимает ее и усаживает на кровать рядом с Рэйвен.

Малышка смотрит на Рэй-Рэй, кладет ладошку ей на живот, и ее прелестные глазки вдруг становятся серьезными.

– Тебе кажется, что-то изменилось? – спрашивает ее Рэйвен.

Зоуи кивает и задает тот же вопрос, что задавала с того самого дня, как поняла, что у Рэйвен в животе ребенок.

– Малыш спит, Рэй-Рэй?

Рэйвен прикусывает губы и пожимает плечами.

– Не знаю, Зо, – ее голос звучит натянуто – она пытается скрыть свою боль от нас. – Ты думаешь, малыш спит?

Зоуи качает головой.

– Рора сказала, малыш готов сегодня с нами встретиться.

– Думаю, Рора права, – нос Рэйвен начинает краснеть, и она смотрит на Мэддока.

Не сводя с нее взгляда, он с напряженным выражением лица прижимается к ее лбу своим и крепко держит за руку.

Вот же мать вашу.

Сегодня остальные узнают то, что я знаю уже несколько недель.

Пол ребенка.

Я приложил все усилия, чтобы сохранить тайну, но через несколько часов тайна раскроется, и я жду не дождусь, когда же наконец смогу увидеть лицо своего брата после рождения его малыша.

Это последние мгновения, когда их только двое: Рэйвен и Мэддок. А потом…

Должно быть, это охренительное чувство – увидеть своего ребенка.

Рэйвен хватает Мэддока за запястье, и мы все разом встряхиваемся.

– Эй, Мишка Зоуи, – зову я. – Не хочешь сказать дедушке, что Рэй-Рэй и дядя Ди в порядке?

– Да! – кричит она и спрыгивает на пол.

Беру ее за руку, и мы все вместе выходим в коридор, чтобы дать будущим родителями побыть наедине.

Бриэль сидит рядом с Мейбл, отец напротив них. Все встают.

– Она в порядке? – спрашивает отец. – Мэддок?

– Ага, – я со вздохом улыбаюсь. – Звучит немного дико, но у них все хорошо.

Ролланд нервозно кивает, разворачивается к своему стулу, берет с него коробку и протягивает.