《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Народ всё сходился на улицы, когда Афанасий верхом ездил вдоль улиц, блюдя порядки. В сопровождении с ним ехал его люди. Мужья на службе были при оружии, но скрывали шашки и кинжалы под кафтанами, дабы народ лишний раз не страшился.

Обходя свой караул, Афанасий забрёл в тихий переулок. Уж хотел было развернуть свою лошадь, да вернуться обратно, на площадь, на гуляния, да вдруг что-то шевельнулось в тени."

"Князь Вяземский спешился, заглядывая за пустые бочки, припылёно таящиеся в тени. В углу его губ мелькнула улыбка. Он взял горсть ягод из корзины, что цеплялась к его седлу и медленно приблизился к тихому уголку.

Средь бочек и старой ветоши ютилась убогая сиротка. Её глаза были слишком светлы, точно закрыты тонкой пеленой. Девочка всем существом своим вжалась в угол, слепо уставившись куда-то впереди себя.

- Не боись. – молвил Вяземский, присев подле девчушки.

Те слова никак не успокоили, лишь боле встревожили сиротку. Она водила мутными глазами из стороны в сторону.

- Незряча? – произнёс Афанасий, махнув прямо перед её лицом.

Сиротка тотчас же отпрянула назад, и принялась стенать таким голосом, коему незнакома вовсе никакая человеческая речь.

Терпение Вяземского иссякло. Обхватив сиротку одной рукой, он потащил её к своей лошади. Сиротка кричала во всё горло. Тонкий голосок её сменился жутким хрипом, и она продолжала вырываться, силясь улизнуть.

- Афоня, сукин сын! – раздалось позади.

Князь Вяземский с неохотой обернулся. У переулка стоял Басманов верхом на лошади.

- Пусти малявку. – грозно бросил Алексей.

- Ежели никто об ней не заботится, стало быть, мне должно. – молвил Афанасий.

- Ведаю я, что за забота твоя к ребятне. – хмуро произнёс Басманов. – Али то хочешь на царский суд нести?

Вяземский тяжело вздохнул.

«Нынче Басмановы у царя, как у Христа за пазухой…» подумалось Афанасию.

Он опустил девочку на землю, и та со всех ног пустилась прочь.

- Сам-то, главное, три дня назад драл дочь на глазах отца, а мне ещё указывает! – усмехнулся Вяземский, разводя руками.

- То совсем малявка. – молвил Алексей, глядя вслед сиротке.

- С чего тебя так растрогала она? – Афанасий сел обратно в седло.

- Чёрт знает, а противно. – сплюнул Басманов. – Вот немец не даёт собак мучить, Федька мой – лошадей. Я вот за детвору вступлюсь.

- А ты сам-то хотел дочку али сына? – спросил Афанасий, прищурил лукавый взор.

Басманов усмехнулся в ответ, едва качнув головою, да вывел лошадь свою к улице, что вела к площади. Уж доносилась музыка с гуляний.

- Как пить дать, Федька нынче вырядится в бабское платье. – молвил Вяземский, как вышли на дорогу.

- А тебе какое дело? – спросил Басманов, преграждая дорогу Афанасию.

- Право, никакого. – молвил князь, глядя прямо в глаза Алексея.

- Не ищи ссоры со мной, Вяземский. – произнёс Басман.