Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Берии, которые проводились с 8 июля по 17 ноября 1953 года самим генпрокурором Р.А.Руденко и советником юстиции 3-го класса П.К.Цареградским. Но, как справедливо отметили многие исследователи, в частности тот же А.В. Сухомлинов[160], 90 % листов бериевского уголовного дела являются не подлинниками, а машинописными копиями, заверенными майором административной службы Главной военной прокуратуры (ГВП) Н.А. Юрьевой, без оригинальных подписей следователей и самого Л.П.Берии.

Вскоре по «делу Берии» были арестованы и ряд его ближайших соратников, в том числе министр Госконтроля СССР генерал армии Всеволод Николаевич Меркулов, первый заместитель министра внутренних дел СССР генерал-полковник Богдан Захарович Кобулов, начальник Следственного управления МВД СССР генерал-лейтенант Лев Емельянович Влодзимирский, начальник 3-го Управления МВД СССР генерал-полковник Сергей Арсеньевич Гоглидзе, министр внутренних дел УССР генерал-лейтенант Павел Яковлевич Мешик и министр внутренних дел ГССР генерал-лейтенант Владимир Георгиевич Деканозов.

Между тем 15 сентября 1953 года генпрокурор Р.А.Руденко направил на имя Г.М.Маленкова предложения о порядке рассмотрения дела Л.П. Берии[161], в которых «в связи с окончанием следствия по делу Берия Л.П.» и учитывая то, что «большинство материалов дела составляет государственную тайну», предложил: 1) рассмотреть это дело в закрытом заседании Верховного суда СССР, поскольку подобная процедура рассмотрения дел о террористической деятельности предусмотрена Законом от 1 декабря 1934 года, принятым ЦИК СССР в день убийства Сергея Мироновича Кирова; 2) слушать данное дело без участия сторон, то есть прокурора и адвоката, и 3) поручить рассмотрение этого дела Специальному судебному присутствию Верховного суда СССР в составе трёх судей: председательствующего — председателя Верховного суда СССР А.А. Волина, первого заместителя председателя Верховного суда СССР Е.Л.Зейдина и председателя Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР Н.К.Морозова. А спустя всего два дня, 17 сентября 1953 года, на основании этих предложений Президиум ЦК принял решение поручить генпрокурору Р. А. Руденко и секретарю ЦК М.А. Суслову доработать с учётом всех правок, принятых на заседании Президиума ЦК, проект обвинительного заключения по «делу Берии»[162]."

"По завершении этой работы 10 декабря 1953 года Президиум ЦК утвердил проект обвинительного приговора, представленный Генеральным прокурором СССР, и постановил разослать его «для ознакомления членам и кандидатам в члены ЦК КПСС, а также первым секретарям обкомов, крайкомов и ЦК компартий союзных республик».