Слияние двух одиночеств

Ее ужасала слабость, которую она к нему питала, но она не могла уйти с того самого утра, как он бросил ей вызов, предложил уйти, если получится.

Калли подсела на объединявшую их страсть. У нее было такое чувство, будто она больше не одна в целом мире. И все же она намеренно отказалась от нескольких роскошных подарков, которые попытался ей сделать Дэймон. Она будет жить по средствам. Чудесная новость о том, что ее трастовый фонд восстановлен, укрепила ее в мысли, что она не станет больше материально зависеть от мужчины. И она докажет, что не просто женщина, вся заслуга которой заключалась в том, что она захомутала богача с солидный счетом в банке. Она изо всех сил трудилась над осуществлением своей мечты.

Ее отношения с самым крупным магнатом в Греции были основаны на сексе, а не на выгоде. Ее до сих пор шокировало то, как сильно она его хочет. С другой стороны, в этом они были равны. Они оба пали жертвами страсти, против которой не могли устоять.

Дэймону было неприятно, но любопытно, когда ее репутация охотницы за деньгами не подтвердилась. Его первый подарок, перламутрово-белая комбинация, которая просто кричала «любовница» ей в лицо, жутко ее разозлил.

В результате их ссоры от комбинации остались одни клочки, а Дэймон получил истинное наслаждение, потому что она тогда впервые в их близости повела себя активно. Он смотрел на нее, пока она двигалась на нем, а мир кружился, как в калейдоскопе, и он хрипло грозил каждый день покупать ей белье.

У Калли губы изогнулись в улыбке при этом воспоминании.

Даже гордость не могла заставить ее порвать эти страстные отношения. Тем более что ей очень нравилось быть с Дэймоном, она чувствовала себя уверенно, ей было хорошо. Удивительно, ведь изначально он навязал ей эти отношения и ей хотелось его ненавидеть!

— Чему ты улыбаешься? — Дэймон притянул ее к себе поближе на заднем сиденье лимузина, обнял ее за плечи, коснулся ее, и тут же в ней вспыхнуло желание.

Она положила руку Дэймону на бедро и почувствовала, как напряглись его мышцы. Улыбка ее стала еще шире.

— Да так. Скажи, а что это была за женщина? Бывшая любовница?

Она слишком стара и слишком вульгарна для Дэймона.

— Ты, должно быть, шутишь.

Он скривил губы, поднял ее руку к губам, лизнул ее ладонь, запястье."

"Она теснее к нему прижалась, радуясь втайне, что между ними и водителем перегородка.

— Я не думала, что ты любишь такого рода дам.

Язык Дэймона начал выписывать круги по центру ее ладони.

— А ты знаешь все о том, какие женщины мне нравятся.

Калли распахнула глаза.

— Ты меня все время интригуешь, — пробормотал Дэймон. — Ведь когда-то я сказал бы, что ты из той же породы женщин, что и она, и принципов у тебя не больше, чем у подзаборной кошки.