Слезы черной вдовы

Разговор, правда, так и не касался сути - Кошкин знал, что в светских беседах к делу переходят в самую последнюю очередь.

Варя под столом ударила Кошкина по ноге, и только благодаря тому он очнулся от размышлений о покойном Раскатове и услышал, наконец, упомянутое в разговоре свое имя:

- …Стёпушка ведь в этом году у нас повышение по службе получил - чин Коллежского советника. Стало быть, и личное дворянство он теперь имеет, а там, глядишь, - матушка мечтательно вздохнула, - и до потомственного дослужится.

Кошкин натянуто улыбнулся и отметил в хитром и умном взгляде Матрены Власьевы некоторую заинтересованность.

- А лет Степану Егорычу сколько?

- Тридцать три, - не дав ему открыть рта, поспешила сказать матушка, - а зимою уж и все тридцать четыре будет.

- Великолепный возраст, - со знанием дела кивнула Матрена Власьевна, - для мужчины самый подходящий, чтобы жениться.

«Слава те Господи! Догадалась сваха на кой ее позвали!»

Разумеется, Кошкин понимал, что сия дама вовсе не глупа, но эти условности выводили его из себя.

- Самый возраст, да-да-да, - торопливо закивала матушка, - вот и мы со Стёпушкой так же думаем.

- А есть ли невеста на примете?

Матушка замешкалась и с надеждой взглянула на Кошкина.

- Дворян Сусловых единственная дочка. Сирота, - без толики смущения ответил Кошкин.

Он напрягся, припоминая имя суженой, но запоздало отметил, что так и не спросил его у Платона Алексеевича. Ну да ладно. А во взгляде Матрены Власьевны промелькнул еще больший интерес.

- Сусловых-то? Как же, знаю-знаю. Родитель-то иховый давненько уж Богу душу отдал, а матушка только зимою нонешней, царствие ей небесное. Так вы, Степан Егорыч, стало быть, знакомы с ними были?

- Отнюдь. Совершенно не знаком. Рассчитываю на вашу помощь в этом деликатном вопросе.

Видимо, самоуверенность, с которой говорил Кошкин, сделала свое дело, и сваха, еще сомневающаяся, стала все больше думать, что свадьба и впрямь удастся.

- А отчего же не помочь, коли люди хорошие? - прищурилась она. -Правда, когда о цене сговаривались, я несколько другое имела виду, так что…

- Об этом не волнуйтесь, Матрена Власьевна, голубушка вы наша, - поспешила успокоить ее матушка Кошкина. - Главное, с девицею познакомьте. И поскорее бы.

- Ну… ежели о цене вопрос не стоит, то хоть завтра! - не менее уверенно чем Кошкин отозвалась та. - Я как раз с теткою вашей невесты знакома - вот прямо завтра и ждите приглашения на обед.

- Благодетельница вы наша! - совсем расцвела матушка. - Как же славно-то, ежели завтра! Прикажете чай подавать? У нас и торт имеется - утром во французской кондитерской заказывали, на Невском.

- Да… - помялась сваха, - я бы еще и селедочки вашей откушала. Славная селедочка.