Слепой рывок

И, наконец, последним, решающим фактором стали длительные тренировки в рамках испытания системы прямого нейросенсорного контакта – они внедрили в сознание Стожарова несвойственные для человека способы восприятия, адаптировали его рассудок к чтению сигнатур, приему и осмыслению данных, полученных от кибернетических систем.

Медленная в сравнении со скоростью мышления бодрствующего человека, но целенаправленная и непрерывная расшифровка части сведений, полученных из бортового компьютера «Ванкора», отражалась в сознании Ивана Стожарова в виде ярких, запоминающихся образов.

Ему снились далекие миры, где никогда не ступала нога человека. Он видел разные звездные системы, планеты, имеющие атмосферы, вновь и вновь переживал состояние глобального сбоя, когда космический скиталец включал необычную двигательную установку, и пространство по курсу внезапно скручивалось в воронку, пронизанную тонкими прожилками энергетических разрядов."

"Затем наступал абсолютный мрак. Гасли обзорные экраны. Датчики локационных систем мгновенно расписывались в бессилии, рассыпая по приборным панелям крошечные рубиновые искры аварийной индикации, и лишь одно из бортовых устройств продолжало работать. Выполненный в виде полусферического выступа, кажущийся примитивным, монитор сначала показывал рябь помех, затем в глубинах объемного изображения вдруг начинали проступать тонкие зеленоватые трепещущие нити, образующие сложную сетку непонятных взаимосвязей.

Энергия бортовых накопителей стремительно таяла. Корабль двигался благодаря импульсу ускорения, полученному при переходе между обычным космосом и загадочным, лишенным звезд пространством. «Ванкор» агонизировал, его аппаратура отключалась, но тонкие нити продолжали смещаться внутри выпуклого экрана, затем в глубине изображения появлялся крошечный «узелок», образованный пересечением мерцающих линий, и…

Неуправляемое вращение. Дрейф. Танец звезд на обзорных экранах. Жар солнечного ветра, медленное накопление энергии, и наконец – реактивация ядра системы.

Сканирование. Запись полученных данных. Отстрел зондов, если в пределах досягаемости датчики корабля фиксировали планету, и снова включение двигателей, воронка скрученного пространства, мрак.

Спустя некоторое количество попыток информация начала повторяться, словно «Ванкор» в серии неуправляемых «прыжков» вновь и вновь посещал одни и те же звездные системы.

Земля. Мегаполис «Европа». 23 декабря 2212 года…

Рабочий день Эдуарда Калганова начинался задолго до восхода солнца.

В последнее время он спал плохо и мало. Год выдался крайне тяжелым. Проблемы обрушились словно лавина, и каждый новый день лишь преумножал их.

Еще царили сумерки.