Слепой рассвет

Не интересовался!

— Точно твоя? — Андрей до сих пор не может поверить. Да и я тоже.

— Сейчас найду частную клинику, чтобы приехали и взяли биоматериалы для экспертизы. Но это потом, мне нужна консультация Тани. Срочно.

— Сейчас подъедем. — сбросил вызов и подошел к Мише.

— Давай я попробую, — протянул руки за малышкой.

— Ты голову ей придерживай. — советует водитель. Думал, у меня она успокоится. Куда там. Горе-папаша.

Я жадно впитывал ее образ. Хорошенькая. Пахнет странно. Молоком. На голове светлый пушок. Тонкая шапка съехала на бок. Пальчики тонкие, кожа на них прозрачная. Ручки сжаты в кулачки. Глаза большие голубе, как у меня. Щечки пухлые. Губы красивые, как у мамы… Какая она тебе мама, родила и продала!

— Ну что, будем знакомы, дочь? — Машу мой голос напугал, малышка вздрогнула и заревела еще громче. Хотя, куда еще громче.

— Чей это ребенок? — с крыльца заверещала Наташа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 2

Герман

Прижав малышку к себе, поднял взгляд на жену. Наташа уже неслась к нам, глаза горят, волосы развиваются, как у лошади хвост во время галопа.

— Герман, чей это ребенок, я спрашиваю?! — визжит супруга. Обычно она понимает, что не стоит разговаривать со мной в подобном тоне при посторонних, но сейчас один из тех редких случает, когда она теряет контроль.

— Мой. Знакомься, Мария Германовна. — я и не думал скрывать правду. Ребенка ей не показал, малышка рыдала у меня на плече.

— Ты врешь. Ты специально это делаешь, чтобы причинить мне боль. Унеси ее отсюда!

— Голос не повышай и ребенка не пугай, — негромко произнес, но она услышала предупреждение.

— Ты же говорил, что не хочешь больше детей? — Наталья готова была разрыдаться. Хрен поймешь этих баб. Я всегда мечтал о крепкой большой семье, и чтобы спиногрызов штук пять. Ну, хотя бы три. И вроде иллюзию всего этого Наташа мне сумела создать, а как дошло до дела, оказалось, что семья мешает «звездной» карьере.

От тебя не хочу, неужели не ясно! Если бы не твоя беременность, мы бы уже давно жили порознь. И возможно, что я бы до сих пор трахал маму Маши.

— Это не значит, что я откажусь от готового.

— Ты уверен, что он твой? Откуда он? Кто его мать? Где она? Я звоню в полицию!

— Прыть свою угомони, — полетело ей в спину. — Тронешь телефон, окажешься на улице. — Наташа находилась в таком состоянии, что уже не слышала. Выругался себе под нос, передал ребенка Михаилу. Тот, наблюдая за нашей ссорой, чувствовал себя неловко. От прислуги невозможно утаить ссоры в семье. Я рванул за женой, и хорошо, что успел. Она уже тыкала наманикюренным пальчиком в экран телефона.