Слепень

Мы проверили оттиски букв печатных машинок, что в редакции «Голоса Ставрополя». Они не имеют ничего общего с теми печатными буквами, что в письмах Слепня, — доложил Поляничко.

— Что ж, на одну гипотезу меньше. Честно говоря, я склоняюсь к подозрению, что это проделки каких-то юных анархистов. Заигрались сопляки. Ничего, всех накроем… Ступайте, господа, и принимайтесь за работу.

VII

26 января, понедельник"

"«Обещаю и клянусь всемогущим Богом, пред святым Его Евангелием и животворящим крестом Господним, творить суд по чистой совести, без всякого в чью пользу лицеприятия, и поступать во всём соответственно званию, мною принимаемому, памятуя, что я во всём этом должен буду дать ответ пред законом и пред Господом на Страшном суде Его. В удостоверение сего целую слова и крест Спасителя моего. Аминь…» Судья Приёмышев проснулся в холодном поту и тяжело дышал. Сначала ему приснилось, что он, как много лет назад, даёт судейскую присягу. Тут ещё куда ни шло. Никакого расстройства. А следом вдруг привиделось, что стоит он на коленях, облачённый в белую длинную, почти до пола, рубаху. Прямо перед ним — священник, накладывающий на него епитимью за все совершённые им при исполнении правосудия прегрешения: от заката до рассвета читать молитву об искуплении грехов. И так целый год. А если ослушается, то настигнет его Божья кара. И он читал, пока губы не ссохлись. Мучила жажда, отекли ноги, но останавливаться было нельзя: «О, Господь наш Иисус Христос! К Тебе обращаю молитву свою и молю об отпущении грехов своих. Прости меня грешного за деяния недостойные и мысли. Исцели душу мою от корысти и зависти и не покидай, не оставь в одиночестве. Подари мне благословение и радость. Очисти мои душу и сердце, да укрепи веру мою, чтобы и дальше нёс я крест свой по пути праведной жизни…» «Все расстройства из-за этих угроз, — мысленно рассудил Павел Филиппович. — Неудивительно. С утра до вечера об этом только и думы. И даже во сне страх не отпускает. Чёрт знает что. Надобно взять себя в руки и покончить с дурными мыслями… Легко сказать «покончить». А если они, как червяки, сами в голову лезут, как тогда? Слышал от присяжного поверенного Ардашева, что он, дабы избавиться от подобного состояния, старается размышлять о чём-то таком, в чём мало разбирается. И тогда все помыслы перетекают в иную плоскость, и страхи уходят сами собой… Кстати, у него вроде бы сегодня процесс у председателя суда. Так, может, к нему и обратиться за помощью? Рассказать про эту посылку с куском сыра и вилкой. Он лучше всякой полиции поможет отыскать преступника. Пожалуй, так и сделаю. Вот и нашёл выход», — обрадовался судья, посмотрел на мирно спящую жену и впервые за последние дни улыбнулся.