Слепая Вера

Новость очень быстро облетела все ряды. Всем было интересно, что случилось, но никто ничего не знал. Впрочем, это не мешало людям выдумывать небылицы. Некоторые даже верили этим сказкам.

Конечно, закрытая лавка не могла не привлечь внимания людей низшего круга. Через пару дней, ночью, лавку вскрыли и унесли все, что имело хоть какую-то ценность. Утром проходящий мимо молочник заметил открытую дверь и решил, что хозяева все-таки вернулись. Вскоре ему пришлось убедиться, что все совсем не так. Стражи порядка, вызванные на место преступления, походили, поглядели, а потом заперли дверь и отправились по своим делам. Все дружно решили, что разбираться будут после того, как вернется хозяин. Новость еще пару дней будоражила умы людей, а потом забылась.

Сами супруги Меир не догадывались обо всем этом. Они благополучно добрались до горного дома и посвятили несколько дней благоустройству и уборке. Асалия никогда в нем не бывала, ей не хватало различных удобств, но она не жаловалась, понимая, что жалобы ничего не дадут, только заставят Уоррена чувствовать себя неудобно. Доставлять мужу неприятности она не хотела.

После того как разобрались с домом, они обратили внимание на лес. Решив, что стоит исследовать территорию рядом с домом, Меиры отправились осуществлять задуманное. Оказалось, что в этом месте растет множество лекарственных трав. Не то чтобы они и раньше этого не знали, все-таки не зря ведь Иагон частенько уходил в это место, возвращаясь с полными котомками трав. Однако знать и видеть – разные вещи.

Супруги с воодушевлением принялись за работу. Они не знали, сколько им придется находиться в этом месте, так что решили заготовить как можно больше трав.

В один из дней они столкнулись с обходящим свою территорию духовным зверем – кинуохом. Уоррен, предупрежденный отцом, ожидал этого, но все равно побелел, когда величественный зверь вышел к ним из зарослей. Асалия от охватившего ее страха схватилась за рукав мужа и застыла, пустыми глазами глядя на животное.

Втянув воздух, кинуох подошел к замершей паре. Обнюхав их, он боднул Уоррена лобастой головой, потерся носом об Асалию, а потом, мазнув по ним кончиком хвоста, ушел обратно в лес.

Когда напряжение спало, Асалия начала заваливаться набок. Уоррен едва успел ее подхватить. Он и сам был в некотором ступоре, но забота о жене заставила забыть о пережитом страхе.

– Все в порядке, дорогая, – пробормотал он, поглаживая Асалию по белоснежной щеке. – Это просто духовный зверь. Ты же знаешь, что они не причиняют людям вреда. Отец рассказал мне о нем.

– Ты знал? – пробормотала она и разразилась слезами. – И не сказал мне?

– Прости, милая, я просто забыл.