Слепая Вера

Эрион пытался убедить себя, что в нем говорит простой инстинкт собственника, которому не по нраву, когда забирают то, что он уже считает своим. Получалось плохо. Чем дольше он думал, тем больше понимал, что она ему просто нравится. Настолько сильно, что при любом случайном прикосновении все внутри начинает плавиться от необычного томления, словно обещавшего что-то невероятное. Ему пришлось признаться самому себе, что у него никогда до этого момента не перехватывало дыхание от одного взгляда на другого человека. Хотелось сосредоточиться на этих ощущениях, понять, что это такое и как ему со всем этим теперь быть. Именно поэтому Эрион не намеревался отдавать Давьерру кому-то другому, даже самому королю.

Его радовало, что она не сама захотела замуж за другого. Радовало даже больше, чем Эрион мог себе представить. А еще его удивило, кем является для Давьерры главный алхимик королевства и что именно Вальтегор предложил побег.

Харт знал, насколько сильно король ценит Вальтегора, знал, что тот живет, ни в чем не нуждаясь. Поэтому ему было несколько сложно поверить, что этот человек готов отказаться от всей этой милости только потому, что не желает свадьбы со своей дальней родственницей.

Его величество кое в чем прав – родство Давьерры и Вальтегора слишком далекое, чтобы на него кто-то обращал внимание. В кругу аристократов близкородственные браки не были чем-то невозможным.

Конечно, многие знали о рисках и старались избегать чего-то подобного, но иногда случалось всякое. Сам Эрион знал несколько семейных пар, состоящих из двоюродных братьев и сестер. Так что аргумент «мы родственники» в этом случае звучит как простой каприз.

Ястер всю жизнь прожил в столице и видел многое, а знал еще больше. Именно поэтому Эрион не верил, что главная причина нежелания Вальтегора связывать себя брачными узами с Давьеррой – их родственная связь. Вероятнее всего, дело было в чем-то другом.

Впрочем, какой бы ни была эта причина, ему все равно. Пока главный алхимик не пытается отобрать у него невесту, он будет закрывать глаза на все его причуды. Если тот действительно считает свадьбу с Давьеррой непозволительной из-за их родства, то сам Эрион должен только радоваться такому решению.

Когда они рассказывали ему план побега, Харт вспомнил, как подслушал доклад неизвестного человека королю сегодня утром.

Он знал, что главного алхимика охраняют едва ли не лучше, чем самого монарха. Раньше он считал, что подобное сделано для того, чтобы противники Андотта не добрались до столь ценного человека, охраняя его от угроз внешнего мира.