Слепая Вера

Хорошая баба, да только потравилась недавно, – счел нужным просветить их староста, когда заметил, что все остановились. Ему было любопытно, кто эти люди, особенно привлекала внимание слепая девушка. Дорогая карета, одежды, королевские воины – эти двое явно принадлежали к благородному сословию. – Лирой ее мать назвала. Придумала тоже – Лира, – мужчина улыбнулся себе в бороду и покачал головой, словно осуждая женщину за ее странный выбор.

– А что не так с именем? – внезапно заинтересовалась Вера, сама не понимая, что ее привлекло в этом доме.

– Так имя для благородной дамы, но никак не для деревенской бабенки, – выдал староста уверенно. Казалось, он немного удивлен, что подобное нужно озвучивать. И так ведь понятно, разве нет?

– Говоришь, потравилась? – спросил Иагон. Он не понимал, почему внучка остановилась. Это привлекло к ней еще больше внимания, которого сам Иагон хотел бы избежать. Но деваться уже некуда, так что надо выяснить все до конца. – И чем же?

– Дак кто ее знает, – староста пожал плечами. – В лесунашем местном, как всегда, бродила, чего-то съела, поди, не то, вот и мается животом второй день.

– А лекарств у вас что, нет?

– Отчего же нет? – староста чуть насупился, будто его оскорбили подобные слова. Впрочем, секунду спустя все недовольство как ветром сдуло. – Все есть. Да только не помогает ничего. Она одна живет, муж помер, а детей не прижили. Но наши юбки смотрят за ней, даже ночью сидят. Трав натащили, да все не то. Угасает баба на глазах.

 – Юбки? – спросила Вера у деда шепотом.

– Женщин своих они так называют, – пояснил Иагон, а потом вернулся к беседе со старостой: – Поглядеть можно?

– Да зачем бы вам? – удивился старик. Но при этом засеменил в сторону дома. Кто он такой, чтобы запрещать высоким господам любоваться на смертельно больную? Хотят – пусть смотрят, а он в сторонке постоит, а потом, как уедут господа, почешет языком с другими, обсуждая причуды богатых.

Когда дверь в дом открылась, Вера ощутила не слишком приятный запах. Сразу становилось понятно, что в доме находится больной человек.

– Староста? – когда они вошли, женщина, сидевшая у кровати, встала, опустив пяльцы. Окна были закрыты, но света свечи, судя по всему, хватало. Впрочем, это все равно странно. Не проще ли открыть окно, тем более что воздух в доме стоял затхлый.

– Отойди, – буркнул старик и просочился мимо вошедших людей. Схватив женщину за руку, он оттащил ее в сторону и замер около стены. – Прошу, господа, можете глядеть.

– Что? – вышивальщица глупо хлопнула ресницами и раскрыла рот, в изумлении глядя на неожиданных гостей. Нет, она слышала голоса с улицы, но была слишком увлечена рисунком, поэтому не удосужилась выглянуть наружу, подумав, что снова соседские дети шумят.

– Молчи, – потребовал староста, одернув ее.