Без суда и следствия

Ветра совсем нет, морозец приятно щиплет щеки, но под телогрейку не лезет. Хорошо...

Кирилл остался в курилке, оприходовал сигарету. И продолжал стоять, наслаждаться свежим воздухом.

К нему подошел его дружок Пахом. Нормальный парень. В прошлом оперуполномоченный уголовного розыска.

– Чего стоишь? – спросил он. – Там новичков пригнали, пошли посмотрим...

– Пошли, – согласился Кирилл.

У него не было никакого желания куражиться над новичками. Но среди них могли оказаться знакомые, просто земляки. Новички – это событие.

Знакомство с вновь прибывшими началось с драки. Кирилл с Пахомом услышали шум в умывальнике, направились туда. А там дым коромыслом.

Крепкий Митяй молотил какого-то тщедушного типа. Бил исключительно в живот. Зажал его в углу, притерся к нему – и бум, бум... Редко бьет, несильно. Но жертва не сопротивляется.

Митяй – правильный мужик. Из Москвы, бывший опер из ОБЭП, он пользовался уважением. Никогда и никого зря не задевал. И если он счел нужным кого-то наказать – это его личное дело. Вмешиваться не стоит. Тем более Кирилл и Пахом не красноповязочники.

– Дождался я тебя, падла! – гудел Митяй. – На тебе, паскуда!.. Знал, что ты у нас будешь! Знал, что ты мне за все ответишь! Три года из-за тебя, гада!..

Кирилл понял, что здесь происходит. Типичная история для «бэсовской» зоны. Благодаря кому менты становятся зэками? Благодаря судьям и прокурорам, а те тоже люди и тоже могут попасть на зону. А там их ждут их жертвы... Похоже, такая же история вышла и с этим типом. Видно, этот тип помог Митяю попасть за решетку, а потом попал туда вслед за ним. Фрагмент из передачи «Ищу тебя». Судья или прокурор нашел Митяя. И теперь ему прямая дорога в касту опущенных.

– Простите, Дмитрий Станиславович, – рыдала жертва.

Голос показался Кириллу знакомым.

Он подошел к Митяю, заглянул за его плечо.

– Е-мое! Да это же Ивлев?

Ну да, он. То самое прокурорское чмо, которое было обвинителем у него на суде.

Митяй развернулся к Кириллу, удивленно посмотрел на него:

– Ты что, его знаешь?

– Да он мне, гад, по ночам снится. У тебя три года, а у меня все пятнадцать. И все из-за него!

Ивлев с ужасом смотрел на Кирилла. Губы дрожат, зубы стучат, руки трясутся, ноги в коленках подгибаются. Вот-вот в обморок упадет.

– Что, сука, узнал? – зло спросил Кирилл.

– А-а, Кирилл Авдеевич, – пролепетал Ивлев.

– Врезать бы тебе, уроду! Да руки марать неохота!..

– Тебе неохота, – усмехнулся Митяй. – А мне охота!

На этот раз он вломил Ивлеву от всей души. Бедолага согнулся пополам и рухнул на пол.

– До конца срока, скот, на тряпке будет сидеть, – решил Кирилл. – Мужики нас поддержат...

Жить теперь этой продажной шкуре вместе с «петухами», со всеми вытекающими отсюда привилегиями.

– Поддержат, – кивнул Пахом.