Следствием установлено

– Несмотря на отвратительное здоровье, я не утратил чутья и, едва появился в Новосибирске, заметил, что одесситы успели накапать сибирякам о моей популярности. Вдобавок в Новосибирске я имел неосторожность встретиться с человеком, на хвосту которого уже висел уголовный розыск. Поверьте, отвечать за чужие грехи тяжелее, чем за свои. И я – человек спокойный – заметался по Новосибирску, как незадачливый композитор, премьера оперы которого с треском провалилась. В период этого отчаяния и пришла светлая мысль – сделать еще одну попытку отыскать Юру. Буду с вами более откровенен – я хотел отсидеться у Юры, пока уголовный розыск размотает дело с канализационным колодцем и воздаст должное подлинному убийце.

К концу допроса Булочкин опять обхватил ладонями локти, заметно стал ежиться, вздрагивать. Подполковник вызвал конвойного, и Графа увели. Просматривая записи, сделанные при допросе, подполковник насупил густые брови. Наконец посмотрел на Антона.

– Похоже, говорил правду. Но почему он Георгия Зорькина упорно называет Юрой?

– Товарищ подполковник! – вырвалось у Антона. – Георгий и Юрий – это же имена-синонимы.

– Я давно об этом уже подумал, но тут одна неувязочка есть. Гаврилов называет Зорькина Георгием, Гошкой, а Булочкин – Юрием. Обычно принято называть человека каким-то одним именем, хотя бы у него и синонимы были. Если уж Георгий так Георгий, если Юрий так Юрий. Согласен?

Антон утвердительно кивнул головой.

– И еще одно: как Зорькин оказался в нашем районе? Почему? Он же не собирался заезжать в Ярское.

– Может, Резкин ясность внесет? Подполковник задумался, долго разглядывал фотографию.

– Давай сделаем так, – он повернулся к Антону, – запроси воинскую часть, где служил Зорькин, до какого пункта при демобилизации он получил проездные документы. Потом дай телеграмму в тот пункт, куда должен был приехать Зорькин. Узнай, становился ли он там на воинский учет, и одновременно запроси адресный стол. Если никаких сведений о Зорькине не окажется, заказывай междугородный разговор с Резкиным. Предложи ему приехать к бабушке. И обрати внимание, как он на это откликнется.

– Ясно, товарищ подполковник.

– И потом вот еще что: надо проверить алиби Булочкина. Если он в самом деле двенадцатого сентября шестьдесят шестого года был задержан в Новосибирске за побег, то алиби его действительно железное.

Антон ушел, и почти тотчас в кабинет заявился Кайров. Как всегда, сел к столу подполковника, спросил:

– Вы тоже, Николай Сергеевич, заразились этим делом? Смотрю, допрос сами проводите…

Подполковник улыбнулся.

– Вспоминаю молодость. Я ведь пятнадцать лет в уголовном розыске проработал, – чуточку помолчал. – А дело это, кажется, очень запутанное и серьезное. Думаю, и тебе придется им заразиться.