След предателя

Бывает так, что наши бомбардировщики утром успешно отбомбились, а уже вечером завод отстроился и вновь выпускает продукцию. В Чехии танковый завод много раз бомбили. Теперь они исхитряются под землей производство наладить. В Австрии есть такой городок Баден, так там наши пленные под землей самолеты собирают. Сколько раз бомбили, а им хоть бы что… Конечно, экипажам дается задание сфотографировать как можно больше оборонительных рубежей противника.

Аэродромы, железнодорожные узлы, станции, мосты, переправы. Во время крупного наступления проводим аэрофотосъемку во всю глубину оборонительный линии. Бывает так, что по нескольку раз приходиться летать, уточнять уже полученные данные. И все это дешифровщик смотрит, перепроверяет. А вообще я бы сказал, что дешифровщиком нужно родиться. Это вкратце, в действительности работа куда сложнее.

— Нас интересует вот что… В одну из частей попали фальшивые результаты дешифровки. Кто-то подменил настоящие на подделку… Кому легче всего это сделать?

На какое-то время майор Миронов задумался.

— Непростой вопрос… Если говорить честно, такая подмена возможна на любом участке. У нас ведь во многом творческая работа. За спиной с автоматами у нас никто не стоит. Наш рабочий инструмент — ручка, карандаш, резинка. Работаем с бинокулярами, лупами, часто света не хватает, глаза устают, требуют отдыха. Люди могут выйти на свежий воздух, подышать, а то просто попить чайку, чтобы перед глазами кругов не было. Потом вновь за работу с прежним рвением! В этот момент может произойти подмена данных. Легче всего это сделать тем, кто сидит рядом.

— Откуда могут быть взяты фотографии для подмены настоящих аэрофотоснимков?

— В камеральный период нам приходится работать с огромным количеством фотоматериалов с разных вылетов. На столе лежат и новые фотографии, и старые, важно правильно их систематизировать… Думаю, фотографии для подмены могут быть взяты из каких-то старых вылетов.

— Во время просушки могут подменить пленку?

— Не думаю… У нас все строго. В фотолабораторию чужие не заходят.

Тимофей открыл блокнот и что-то черкнул на странице.

— Кто отправляет дешифрированный материал по подразделениям?

— Как правило, мастеровитый дешифровщик. Например, у нас это делает старший лейтенант Голиков, закончивший Академию Жуковского.

— Старший лейтенант? — невольно удивился Романцев. — А почему не отправляете простых бойцов?

— Тут так. Не все офицеры, в особенности старой школы, умеют читать фотосхемы. Когда они в свое время учились на курсах в академии, такого предмета еще не было, а позже у них, видно, не нашлось времени на обучение. Вот спецкурьер и помогает им в расшифровке.

— Проявка и ретуширование аэрофотоснимков отпадают, — сказал военный следователь Романцеву.